Увы, сегодня не выйдет. За моим рабочим окном – весна. Снег под солнцем яркий, а деревья, пусть пока и голые, вид имеют оптимистичный, как шейпинг-модели.
Иду на днях по городу, борюсь с одышкой, наследницей гриппа, и вдруг ни с того, ни с сего заявляю вслух:
– До чего я люблю этот город, черт бы его побрал!
Прохожие шарахнулись по сторонам. Потом один подошел, приложил ладонь к моему лбу:
– Вам совсем плохо?
– Да нет же! Напротив – хорошо, и очень.
– А с какой стати вам хорошо, особенно в это трудное для страны время?
– Я сам, – оправдываюсь, – понять не могу.
Ответил, но червячок внутри остался: и впрямь – чего хорошего-то? Есть ведь люди, которые только и мечтают уехать, притом, куда угодно – здесь все им не так. Мне их жаль, потому что в Питере, в Париже, в Больших Кильдямцах и на Гваделупе им, мятежным, тоже будет все не так.
Правда, у меня ведь тоже мечта есть. Одна девушка как-то разговаривала со мной умные разговоры.
– Игорь, а какая ваша самая заветная мечта? – вдруг спросила она после затянувшейся паузы. Беседа шла с паузами, потому что это была умная беседа. Мне стало стыдно, потому что я ничего не мог сказать о самой заветной мечте. И я быстренько ее придумал:
– Построить дом на юго-восточном побережье Австралии и жить там, и чтобы ходить в шортах и босиком, и чтобы в холодильнике всегда было легкое светлое пиво...
– А я мечтаю, – отвечает девушка, – построить в Апатитах церковь, чтобы каждый мог прийти и помолиться!..
Тут я со своими мелкими мечтами чуть сквозь землю не провалился!
– А вы, – перебиваю, – не дослушали. Дом должен быть таким большим, чтобы в него могли переехать все жители нашего города, кто пожелает, и чтобы пива на всех всегда хватало!
А она продолжает:
– А в каких вы отношениях с Богом?
И тут я проявил невоспитанность – ответил вопросом на вопрос. Я спросил, какой рукой она мастурбирует. И получил подушкой по голове. Хорошо, подушка была диванной, а не из дерева...
О чем это я? О любви к городу. Вы сами знаете не хуже меня, за что его любить. А в последние дни появилась еще одна причина для любви – поведение кандидатов на должность главы города.
Смотрите, они все разные, они все настроены на победу, но как достойно ведут они предвыборную борьбу. Корректно, интеллигентно и с максимальным уважением друг к другу. Я восхищен. Я преклоняюсь. И это не ирония.
Что? За кого из них я буду голосовать? А вы меня еще о Боге спросите!.. В моей жизни все же есть интимные моменты.
Главное – не забудьте проголосовать в воскресенье.
Март, 2000
В БЕЛОРУССИИ ОПЯТЬ БЬЮТ ЖУРНАЛИСТОВ...
В Белоруссии опять бьют журналистов. В понедельник по всем каналам ТВ показали, как милиция и специальные подразделения лупили дубинками репортеров и операторов российских телеканалов, запихивали их в «воронки», отбирали кассеты. Замечательно! А еще замечательней, что после этого в МВД журналистам все вернули и извинились.
Не люблю я, когда журналистов обижают. Каких бы то ни было – из «ДД», «АиФ», Би-Би-Си или даже «Мурманского вестника». Как-то на моих глазах один достаточно известный в Апатитах (и, как он сам считает, уважаемый в городе) человек толкнул моего коллегу. Женщину. Намеренно и очень грубо. И этого «уважаемого» человека нет больше для нашей газеты. И когда он звонил в редакцию и возмущался, что мы не упоминаем его имя, угрожал даже судом, мне было приятно. Не надо обижать журналистов. Они и без того судьбой в большинстве своем не избалованы.
Кстати, раз уж упомянул это слово. Работа журналиста, на мой взгляд, это не свободный выбор профессии, не каприз, это судьба. Среди хороших журналистов очень мало людей, сразу получивших специальное образование. С другой стороны, у меня масса знакомых с дипломами журфака, но работающих далеко от средств массовой информации. А может, наша работа – это диагноз.
Я не говорю о наших личных и профессиональных качествах – тут даже у меня претензий масса, и к себе, и к коллегам. Но ведь и хлебопеки все разные, и хлеб они разный пекут. А сапожники! А политики!.. Но почему-то чуть что – сразу журналистов дубасить.
А ведь именно они не забывают, что Лукашенко сегодня по законам той же Беларуси – никто. Срок его полномочий давно кончился. А вот вновь избранный президент Путин забывает об этом. Переизбранный губернатор Евдокимов тоже ведет с Лукашенко официальные беседы и переговоры. Вот, помню, лет пять назад по Апатитам разгуливал мужчина в совершенно голом виде. Когда его призвали к порядку, мужчина ответил, что он – Иисус Христос. Ни много, ни мало. Почему с ним власти в переговоры не вступили? Насчет отпущения грехов и райских кущей поторговались бы для всех нас. Нет, того самозванца в дурку увезли, а с этим сюсюкают.