Можно сказать, что имеет место не просто массовый, но всемирный психоз. Ну и что? Психоз психозу – рознь. Но психи в космос не летают и симфоний не пишут. Зато сегодня, как никогда, видно: на этой маленькой и, в общем-то, уютной планетке мы все одной крови...
Июнь, 2002
ЕСЛИ БЫ Я УЧАСТВОВАЛ В КОНКУРСЕ...
Если бы я участвовал в конкурсе рыбацких мемуаров, я бы рассказал несколько роскошных историй. Вот сейчас купил в том же «Рыболове» удилище. Шесть метров, а легонькое, как пушинка. И цена подходящая – в пределах трех сотен рублей. Есть там еще какие-то очень современные по полторы тысячи, но у меня пальцы не растопырятся, чтобы такое удилище взять. Мои первые удилища были из лещины. Из лесного ореха то есть.
Мальчишками мы шли в лес, вырезали тонкие стволы орешника метра два-три длиной, сушили их на крышах сараев, закрепив, чтобы не изогнулись, и отлично ловили пескарей, карасей, линьков и даже щук с окунями. Если мы видели у кого-то длинное желтое удилище из бамбука, на этого человека мы смотрели с завистью и восхищением. Леска (жилка) и крючки тоже были в глухих украинских селах жутким дефицитом, за ними ездили в райцентр Бровары или даже в Киев. Но такие праздники выпадали тогда один-два раза в год...
А сейчас между предпоследним и последним моими визитами в Киев прошло 34 года. Две недели назад я там был. Чего уж скрывать, красивый город. Море зеленых старинных парков, своя архитектура, чисто и, как и в детстве, празднично. Солнечным ранним утром пройтись по еще безлюдному Крещатику, позавтракать в открытом кафе под каштанами – уже лишь ради этого стоило проехать через Киев.
А накануне вечером у меня было смутное предощущение. Ехал в поезде, пытался вспомнить Киев из детства, а что-то глубоко шевельнулось про Апатиты, про кого-то из знакомых, какую-то встречу... Ну, мало ли что от жары причудится. И вот в седьмом часу утра иду по Крещатику, навстречу – одинокий прохожий, поравнялся со мной, замедлил шаг...
– Простите, вы не Дылёв?
– Ну, в общем-то, – отвечаю, – да.
– Я из Апатитов...
Забавно, да? Впрочем, встреча сама по себе хоть и любопытная, но мало ли что в жизни бывает – где наши только ни бывают. А вот что прикажете делать с тем предощущением? Можете не верить, но я-то знаю, что оно было. Иногда такое бывает при встрече с женщиной. Ты не знаешь, ни кто она, ни даже как ее зовут, но тебя ни с того, ни с сего захлестывает: ОНА! Она, именно тебе предназначенная. И самое поразительное, такие уникальные случаи никогда не бывают односторонними. Ты видишь, что она смотрит тебе в глаза, и понимаешь, что чувствует то же, что и ты. Редчайшее и удивительнейшее явление. Поэт назвал его «предощущением любви». Что будет потом, не столь уж важно, главное, что еще долгое время после такой встречи и днем, и ночью ты думаешь о ней. С восторгом и тоской.
Вот и поговорил я о рыбалке. Но ведь я не участвую в конкурсе рыбацких историй. А то обязательно рассказал бы вам пару роскошных случаев...
Июнь, 2002
РОСКОШНОЕ ПИСЬМО ПРИНЕСЛИ...
Роскошное письмо принесли нам сейчас почтальоны. Пустой, но заклеенный конверт, а на нем: «От кого – от Макса, откуда – Тамань. ДМБ». С обратной стороны прямо на конверте: «Целуйте, бабы, рельсы, я еду домой».
Веселый парень этот Макс. А главное – решительный. Теперь вот держим своего фоторепортера на железной дороге, ждем девушек, которые прибегут рельсы целовать. Интересно, много их Макса дожидается? Наверняка ведь ждут. Даже завидно немного стало...
Меня девушки не ждали. Когда призывался, была любовь, переписывались год, наверное. А потом я зачем-то написал, чтобы она меня не ждала. Зачем, даже не знаю. Может, жалко ее стало – три года ждать не ахти какого чуда или изображать, что ждешь... А подарок я, согласитесь, сомнительный. А может, любовь такая была, несильная... Может, дураком был. Может, так надо было. По судьбе моей. Не знаю. Вот мамка с папкой меня ждали очень. И друзья. И я очень к ним торопился. Так торопился, что из Симферополя до Запорожья не стал поездом ехать (8-10 часов), а полетел самолетом. Все же три года ждал этого момента. Радости было!..
Мама уговорила меня приехать к ней на работу в форме. Я сначала заартачился, а потом сообразил, что мне-то нетрудно, а она будет счастлива показать меня сотрудникам. И я заявился к ней при полном параде – в форме № 3 (черные брюки, темно-синяя фланелька и бескозырка с рыжей гвардейской лентой), грудь колесом и в «орденах».