…Пожалуй, Антор не очень удивился — против сумасшествия нужны сумасшедшие меры. Как говориться — клин клином… Врач продолжал говорить о каких-то вещах, видимо, очень интересных — для специалиста. Антор прервал его рассуждения:
— Что это за лкоин?
Сразу остыв, доктор некоторое время молча смотрел на него. Потом, вздохнув, ответил:
— Идеальный яд для сенса, вот что это такое… Лкоин вызывает расщепление сознания.
— Но почему только для сенсов?
— Потому что у них дробление сознания — условие работы. Грубо говоря, каждый контакт — кусок мозга. Лкоин доводит тенденцию до предела, что кончается необратимым поражением психики…
Антор вспомнил одного из «нюхачей», своих коллег — его мутный, бессмысленный взгляд, неуверенные, ощупывающие движения… И запоздалый страх окатил его ледяной волной. Нет, только не это!
— …Но не это странно, — задумчиво говорил между тем доктор, развалившись в кресле и глядя куда-то вбок, — странно, откуда он вообще взялся. Применяется для лечения прогрессирующего коллапса… Узкоспециализированный препарат. И очень дорогой — как он попал к тебе?
«Вернее будет сказать — в меня…» Антор кратко пересказал всю цепь событий. Выслушав, доктор недоверчиво хмыкнул:
— Нет, здесь что-то не так. Кроме того, что у них не хватило бы жалованья и за год, они попросту не могли получить к нему доступа…
Антор застыл, глядя перед собой и не слыша, что говорит врач. Доступ… ступать… Что-то ворохнулось в памяти — перед глазами вновь гладкая непробиваемая поверхность запертого люка, и какая-то мешающая подробность… Через секунду он поймал себя на том, что с каким-то идиотским интересом рассматривает свои ботинки. Потом перевел взгляд на изуродованную кисть. Как сказал доктор, утюгом?
— Магнитным ботинком, — медленно и отчетливо произнес он вслух.
— Что?
— «Палачи» знали о тревоге… На них была магнитная обувь. Так что ты там говорил о доступе?
…Они глядели друг на друга — и одна мысль была у них, как искра, высеченная взглядами. Но никто не высказал ее вслух… Чудовищная махина крейсера, одержимая манией убийства, наконец, обратила жало на себя — и они чувствовали витавший рядом дух смерти…
Секретно.
Приказ № 118 от 18.09.38 /3? 81? 13?? 03???/.
Фрагмент а-10:
В связи с принятием Конференцией ФЗМ ежегодной Конституции я приказываю:
1. Привести Кодекс и Устав Звездного Флота в соответствие с измененными статьями Конституции.
2. Согласно Закона о генетическом соответствии аннулировать контракты превентивно осужденных и осужденных Судом Федерации для их дальнейшего пересмотра в зависимости от кастовой принадлежности контрактника.
3. Пересмотр контрактов производится выездной комиссией Генетического Контроля, при участии представителей Евгенической Службы и командиров на местах.
4. Очередь рассмотрения наступает после прохождения рекрутского срока.
5. Приказ довести до старшего командного состава и главных специалистов служб после прохождения ими комиссии Генетического Контроля.
Подпись: адмирал Финн
…Антор долго разглядывал зеленоватые строки, слабо мерцающие в полумраке кабины киборгизатора. Мовай не обманул ожиданий, за двое суток подобрав ключи к этой шкатулке. Лучше бы он этого не делал… Антор страстно пожалел сейчас о своем былом неведении — вместо знания была надежда. Теперь надеяться не на что — рекрутский срок равен десяти годам. Из которых прошло пока только два…
Отключив систему, Антор Велес тяжело поднялся и пошел к выходу, не удосужившись проверить очередной урок — Мовай занимался регулярно, проверять его не было нужды. Нашел ли он этот приказ в недрах сети? Вряд ли. Антор не ставил себя выше по умению копаться в информационных потрохах, но афрана интересовало явно что-то другое. Да и о приказе ему ничего не известно… Хонниец представил себе, как он воспримет такую новость, и только вздохнул. Глухая тоска навалилась незримой тяжестью, заставляя горбиться — шаркая ногами, он проковылял к «сквозняку» и замер, словно забыв, зачем шел. Тоска перекипала в нем медленным холодным бурлением, и нужно было переждать этот выворачивающий душу процесс, по возможности не двигаясь.
…Коротко пискнув сигналом, лифт раскрылся, выпустив из себя плотную группу косменов, оживленно переговаривающихся на ходу. Царапнув недоуменными взглядами по неприкаянной фигуре десантника, они проследовали без остановки — последний из скрывшихся в служебном проходе еще раз оглянулся… Антор пришел в себя. Тоска прошла, уступив место угрюмому смирению. И он сделал свой первый нетвердый шаг от стенки, отправляясь в путь… Доживать.