Я наконец-то уловил нить.
— Следовательно, она, скорее всего, вышла на контакт с ним здесь. На Земле. Скорее всего — именно в Сан-Джудасе.
— Скорее всего, — кивая, ответил Густибус. — И совсем не обязательно, что это произошло недавно — не забывайте, эти существа ведут свои игры очень долго.
— Но даже если я узнаю, как именно они встретились, это ничего не скажет мне о том, где может находиться рог.
— Возможно, нет. Но не следует быть так уж уверенным в этом, пока мы не узнаем истину о первой их встрече. Как ученый, могу сказать, что нужно, скорее, переходить от одного вопроса к другому, а не пытаться с ходу найти ответ. Как долго находится здесь Энаита? И в каком виде она здесь присутствует? Уверен, это первое, что вам необходимо выяснить. При некоторой удаче это приведет вас к ответам на следующие вопросы.
— Это приведет меня к куче новых вопросов, готов поспорить.
— В этом случае, если вы хоть немного на меня похожи, вы будете счастливы.
Честно говоря, я совсем не похож на него. Мне не нужен еще один чертов вопрос, на который придется искать ответ, не говоря уже о том, когда их три-четыре десятка. Но придется иметь дело с тем, что есть. Часть сказанного Густибусом уже заставила меня совершенно по-новому взглянуть на ситуацию. Конечно, будь здесь Сэм, он бы сказал что-нибудь вроде «Как только ты начинаешь думать, то попадаешь в неприятности». Но он говорил то же самое и тогда, когда я ни о чем не думал.
— Почему у меня такое ощущение, что вы сможете догадаться до всего остального в течение получаса? — спросил я Густибуса.
Тот улыбнулся.
— Для меня честь, что вы так думаете, но я всего лишь представил вам результаты долгих размышлений, основанных на годах исследований. Не следует меня переоценивать. Я всего лишь исследователь, как я уже сказал. Школяр, если позволите воспользоваться этим старинным и почетным титулом. У меня нет ни желания, ни возможности путешествовать в некоторые из тех мест, где вы побывали.
Хороший намек на Ад, один из тех эпизодов, о котором я ему не рассказал. Я подозревал, что он и об этом знает, но решил, что эта часть информации может позволить мне торговаться с ним позже, за другую необходимую информацию, и решил не отдавать это даром.
Из-за двери появилась голова одной из старых монахинь, другой, или той же самой.
— Ужин почти готов, Профессор Густибус, — сказала она.
— Ах. Не желаете присоединиться, мистер Доллар? — спросил он. — У нас на ужин капуста со своего огорода, морковь и поздняя цветная капуста с местной фермы, приготовленная на пару. Я не употребляю мяса.
— Нет, благодарю. Еще один вопрос, если можно. Откуда у вас такое имя?
— Густибус? — переспросил он, медленно кивнув, будто это был философский вопрос, заслуживающий долгого обсуждения. — Это не то имя, которым меня нарекли, но когда я был моложе и только начал заниматься наукой, то выбрал себе латинское имя, поскольку мы пользовались латынью в работе, в первую очередь. У меня на родине мое имя означало «вкус» и «язык», и, поскольку я не счел словосочетание «Профессор Язык» подобающим, то выбрал латинский перевод слова «вкус». И конечно же…
Он сделал паузу.
— … это позволило мне говорить друзьям и товарищам-ученым: «С Густибусом не спорят!»
Он явно ждал, что я рассмеюсь, но я лишь улыбнулся.
— «Густибус нон диспутандем», сами понимаете, «о вкусах не спорят», — добавил он.
— Ага, — ответил я.
Он слегка разочаровался.
— Признаю, это несколько академичная шутка, зато моя собственная, — сказал он.
Он не стал провожать меня до дверей, возможно, потому, что я не оценил его шутки. В последний раз я увидел его стоящим у окна. Он глядел на угасающий свет дня и волны Тихого океана. Оказавшись снаружи, я увидел, что на дорогу опустился туман. Возвращаясь на шоссе, я едва не съехал с края утеса, но не заблудился и вскоре ехал через покрытые вечерним туманом холмы, а магнитола тихо наигрывала «Свингин Эфэйр» Декстера Гордона.
Чем больше я думал о сказанном Густибусом об Элигоре и Энаите, тем сильнее становилось ощущение безнадежности. Будто сама по себе ангельская жизнь не была достаточно сложной. Так я сам ухитрился оказаться на пути у богов и чудовищ.
Серьезно разозлив их.
ГЛАВА 10