В ночь с 30 на 31 октября 1918 года в Венгрии произошла буржуазно-демократическая революция. С этого момента группа Корвина поставила цель — по русскому примеру бороться за диктатуру пролетариата. Лендел находился в гуще событий. Когда прибывшие из революционной России военнопленные коммунисты во главе с Белой Куном основали коммунистическую партию, группа социалистов-революционеров «решительно и дисциплинированно»11 влилась в ряды компартии. Лендел становится сотрудником органа компартии «Вёрёш уйшаг» («Красная газета»). В ночь с 20 на 21 февраля 1919 года его арестовали. После провозглашения 21 марта 1919 года Советской республики он редактирует приложение к газете «Вёрёш уйшаг», которое хотя и носило громкое название «Коммунистическая культура», но, ввиду недостатка бумаги, публиковало программу театров и краткие информационные сообщения, а также становится главным редактором молодежной газеты «Ифью пролетар» («Юный пролетарий»). Очень гордится своей брошюрой «Всеобщая трудовая повинность и пролетарская дисциплина», о которой через десять лет напишет: «Если где-то еще сохранился экземпляр этой брошюры, она станет прекрасной иллюстрацией того, какая каша царила в наших головах, не только в моей, но и тех, кто ее издавал»12.
Венгерская Советская республика продержалась 133 дня. После ее поражения отца заочно приговорили к смертной казни. Некоторое время он прятался в пригородах и в самом Будапеште. Свою первую новеллу «Жизнь бедного Габора Ковача без нравоучений» он написал, скрываясь в мастерской своего друга-художника13. Осенью ему удалось бежать в Австрию.
Начались долгие годы эмиграции. В Австрии отец жил с 1919 по 1927 год. Сначала несколько месяцев находился в лагере для интернированных лиц (коммунистов, политэмигрантов) в замке Карлштейн-ан-дер-Тайя. Некоторое время занимался партийной работой, что обеспечивало возможность скромного существования. В 1921 году вышел из партии, как указал в своей автобиографии 1933 года, «ввиду принципиального несогласия по вопросу о терроре»14. Разрыв с компартией, писал он впоследствии, «был, безусловно, вызван апатией после поражения. А также осознанием, что многое невозможно решить насилием. Александр Великий не распутал гордиев узел, он его разрубил. Однако задача была не в том, чтобы что-то разрубить пополам, а в том, чтобы распутать. А я тогда сильно сомневался в том, что гордиев узел можно разрубить мечом»15. В компартию отец вернулся в 1924 году.
После потери хотя небольшого, но постоянного заработка, который давала партийная работа, Йожеф и его жена Ирен Корнхаузер зарабатывали тем, что делали тряпичных кукол для американских квакеров: Ирен шила тельца для кукол и одежду, а Йожеф набивал их опилками. Делали они также бусы из стеклянных и деревянных шариков и бисера. Но, как раз когда они потратили все деньги на покупку материалов для новых поделок, квакеры уехали восвояси, и этот источник мизерного дохода иссяк. Некоторое время отец работал агентом по размещению заказов на фирменные календари у дяди Ирен, представителя крупной фабрики по производству бумаги и печатной продукции, обходил владельцев магазинов, мастерских, предлагая образцы календарей. Агентом он был из рук вон плохим, так что вскоре дядюшка вежливо попросил вернуть коллекцию образцов. Потом устроился в венскую контору французско-румынской нефтяной компании. Здесь он также оставался недолго, по собственному признанию, «был слишком глуп» для скучной счетной работы и к тому же подбил коллег вступить в профсоюз служащих, так что при первом же сокращении его уволили. «Мне уже порядком надоела вся эта нефтяная компания, но нужно было дождаться, чтобы меня уволили, в противном случае я не получил бы пособия по безработице»16. Задумал издавать серию «Библиотека писателей», но и эта затея кончилась неудачей, удалось напечатать всего три книжки, в том числе собственную тоненькую книжечку «О Вера-Иерусалим» с одноименным стихотворением и новеллой. В 1923 году на немецком языке вышли две книги: книга сказок и рассказ. Изредка публиковался в венгерских эмигрантских изданиях. Дважды путешествовал по Италии. Во время одной из этих поездок встретился с матерью. Вел агитацию среди безработных, участвовал в австрийском Шуцбунде, был внештатным сотрудником немецкой газеты «Роте фане».