— Ну, рассказывай, и не бойся, здесь все свои, — мягко предлагаю, дождавшись, пока гонец напьется и его глаза примут привычную раскосую форму вместо круглой.
— Мои… знакомые… сказали… — с сомнением поглядывая на сгрудившихся вокруг нас мужчин, пробормотал парнишка, — в один дом пришел странный вор…
Он ненадолго смолк, то ли давая нам понять необычность случая, то ли прикидывая, сколько можно рассказать, чтобы не выдать своих друзей.
— Ну? — не выдержал язва.
— Хозяин… его побил… и велел бросить в сарай… вот… — он протянул мне покрытый засохшими бурыми пятнами лоскут, и от одного взгляда на зеленоватую тряпку что-то оборвалось в груди.
Я сам вчера помогал тургону выбрать эту бледно-зеленую рубашку, вышитую по вырезу чуть более темным растительным узором.
— Это он… — хрипло выдавил Рудо, страдальчески поджав губы.
— Как ты достал… это? — меня интересует возможность добраться до Тахара.
— Один… слуга… продал.
— Возьми… — язва немедленно вкладывает в его грязноватую руку несколько серебряных квадратиков.
— Это много… — неуверенно бормочет парнишка, но я решительно прерываю этот протест.
— Покажешь нам, где этот дом… и как можно добраться до сарая…
— Не нужно… добираться… — решился, наконец, мальчишка. — Они сказали… пять серебряных… они его сами вывезут ночью… с мусором.
— А это не ловушка? — вслух сомневаюсь я.
Уж слишком все просто получается.
— Нет, господин… тебя я не обману… их хозяин жадный человек… кормит плохо… денег не платит… они все равно хотели уходить.
Я знаю, что глупо верить городским оборванцам, но раскосые глаза смотрят так открыто, что хочется плюнуть на собственные принципы.
— Говори, куда они его привезут? — подмигнув мне из-за спины парнишки, деловито интересуется Бижан. — будут им пять серебряных.
— На свалку за развалинами сгоревшего дома банщика, — облегченно выпалил гонец, — так я пойду?
— Но напомни им, деньги получат, только если этот человек будет жив. Уж пусть они постараются, если хотят заработать. Раны перевяжут, водой напоят… ты понял?
Гонец понятливо кивнул, отступая к двери.
— Иди. — открыл ему дверь Дженгул, и мальчишка исчез в сгустившихся сумерках.
— Алим, — не дожидаясь моих указаний, взял операцию в свои руки Бижан, — иди в таверну за парнями. Собираемся в моем доме, не стоит их водить сюда.
— Мы пойдем с вами, — непререкаемо заявляю, вставая с места, — а насчет лавки ты решил правильно, не нужно всем знать это место. Я и мальчишку то зря принес… но как понял что он что-то знает…
— Ладно, идемте, — прервал меня Дженгул, — его дом не так близко.
— А ты что, знаешь, где мой дом? — неожиданно насторожился Бижан.
— Совершенно случайно, — отмахнулся купец, запирая лавку. — потом расскажу, если захочешь.
Он сунул в руки язвы какой-то мешок, и мы дружной толпой направились в сторону моря.
Значит, мой старший охранник живет далеко не зажиточно. В этом районе, выше причалов и складов теснятся совсем маленькие и бедные домишки. Отгороженные, согласно обычаю, друг от друга высокими глинобитными заборами, но зачастую с общей стеной и крышей. И с крошечным двориком, в котором порой растет всего одно дерево, или пара кустов винограда.
Во дворике Бижана росло и то и другое. Под самой стеной с одной стороны росли толстые как стволы небольших деревьев лианы винограда, сплетая из молодых ветвей густой навес над низким широким топчаном, застеленным старой кошмой. С другой стороны росло высокое ореховое дерево, и под ним был сооружен летний очаг, а рядом стоял небольшой столик и скамейка. В ближнем к дереву углу двора находился закрытый деревянной крышкой бассейн для воды, а за виноградом стыдливо прятался обмазанный глиной нужник.
Весь торец дворика занимала стена дома, отличающаяся от забора только парой дверей и краем крыши. Окон, даже маленьких, домик не имел, еще одно местное правило. Когда во двор приходят гости, молодые женщины и дети не должны за ними подсматривать.
А вот женщин постарше уже не касались почти никакие правила. Именно такая тетушка выскочила из двери дома, едва Бижан распахнул отпертую своим ключом калитку.
— А сынок! Ты с гостями! Сейчас поставлю чайник! — Не удивившись ни внеурочному появлению Бижана, ни нам, засуетилась женщина, — принеси мне воды.
Мой старший охранник уверенно направился к колодцу, и, приоткрыв крышку, зачерпнул ведерком воду. Понятно, это не колодец, а бассейн, который нужно постоянно доливать.