«У меня богатая фантазия».
«И ты обо мне фантазируешь?»
Ответ так и не пришел. Иви долго ворочалась, дожидаясь его, пока не заснула, всхлипывая в подушку. Она чувствовала себя отвергнутой. Это было обидно. Лишь потом, мучаясь похмельем, она поняла, как ошибалась. Ведь он мог отчитать ее, но не стал. Дал понять, что она ступила на опасную территорию, и пора закругляться. Зато после этого они стали частенько шутить на эту тему. Так и появилась традиция спрашивать об одежде. Иви приняла правила игры и никогда не отвечала честно. Всегда выдумывала что-то несусветное.
«Секрет».
— Ну кто бы мог подумать, — бурчит Иви себе под нос, остерегаясь быть слишком громкой, чтобы разбудить Карен и ее ребенка. Подруга и так завтра подвергнет ее остракизму за драматичный, излишне пафосный уход. И всю эту алкогольную феерию.
Иви намеревается открыть вторую бутылку, но штопор остался на кухне. Она оценивает риск попасться Карен на глаза, отправившись за ним, как высокий и судорожно ищет другое решение. В ее комнате обязан найтись подходящий предмет. Хоть что-то. Ей срочно нужно выпить еще. Просто-таки жизненно необходимо.
«Как открыть вино без штопора?»— пишет она. Почему бы и нет? Вполне невинный вопрос. Раз уж этот бука не желает рассказывать ей даже о своей работе. Будто это какая-то супер-конфиденциальная информация! Они все равно никогда не увидятся. А он сам сегодня благословил ее на откровенность.
«Не пробовала спросить гугл?»
Все вокруг сговорились довести ее до нервного срыва? Иви сдавленно рычит в подушку и собирается ответить что-то язвительное, но приходит еще одно сообщение.
«Ты там пьешь, что ли? Хочешь проспать на работу, чтобы тебя уж точно уволили?»
«Не хочу нотаций»— сердится Иви — «Сложно просто ответить?»
Она выбирается из-под одеяла, включает лампу на прикроватной тумбочке и осматривает комнату. Ей на глаза не попадается ничего, что заменило бы штопор. Тогда она вспоминает про отвертку и лезет в карман джинсов, валяющихся возле кровати. Идеально! Иви возится с пробкой, но вытащить ее не удается, как она ни старается. Девушка очень зла и потихоньку начинает трезветь. В итоге она не придумывает ничего лучше, чем проковырять в пробке дырочку и пить через нее. Звук выходит такой, будто беззубый дед пытается свистнуть. Это ее веселит.
«Если меня после сегодняшнего не уволили, то я вообще могу делать все, что угодно»— печатает она, хихикая себе под нос и втягивая в себя вино. Всссззз. Это и правда предельно забавно.
Иви заинтригована, что ответит ее далекий друг, если он, конечно, еще не спит. Она ведь не знает, в каком часовом поясе он живет.
Она раскачивается из стороны в сторону на кровати, удерживая в одной руке бутылку, в другой телефон. Она чувствует себя расхулиганившимся ребенком. Взрослые спят, отругать ее уже некому.
Ответа все нет. Плохо. Это ее не устраивает.
«Мне интересно, когда у босса закончится терпение»— добавляет она.
Ну, давай, — торопит она мысленно, — пожалуйста. Поиграй со мной.
«Ты уверена, что это правильная тактика, если тебе нужна твоя работа?»
Иви делает большой, ликующий глоток и в этот раз звук выходит слишком громким. Она испуганно смотрит на дверь — вдруг ворвется Карен, отберет у нее бутылку, а самой Иви пропишет ремня. Мысль о ремне прочно засела в ее пустой черепной коробке. Мозги туда, определенно, положить забыли, зато теперь там есть хоть что-то.
Иви решает, что и ее другу по переписке надо срочно об этом узнать. Пусть повеселится вместе с ней. Ей наскучило его занудство и призывы к здравомыслию. Она и без него в курсе, что ее неадекватное поведение — прямой путь к увольнению. Она думает, что ее все-таки уволят, но чуть позднее. Это вопрос времени. Ее жизнь висит на волоске. Хуже всего, что судьба Иви в руках того, кого она всем сердцем презирает.
«Он хотел меня отшлепать»— она считает, что немного приврать для пущего эффекта — вполне допустимо, хотя она, конечно, сильно сомневается, что Фостер притворил бы те угрозы в действие.
«Какой ужас! Надеюсь, ты уже подала иск о домогательствах? Херрасмент на рабочем месте — это не шутки».
Иви роняет бутылку и тут же бросается за ней, чтобы нейтрализовать последствия катастрофы. К счастью, дырочка в пробке слишком маленькая, и на ковролин успевают пролиться лишь несколько капель. А вот скрип кровати из комнаты Карен в тишине дома звучит очень тревожно. Иви быстро прячется обратно под одеяло.
«Так ты живешь в США?»— печатает она, тяжело дыша после слишком энергичных телодвижений для своего пьяного состояния. Шаги Карен раздаются совсем близко, но, вроде как, в конце коридора хлопает дверь ванной комнаты. Должно быть, подруга встала почистить зубы или промочить горло после вина. Угроза миновала.