— Что нам делать? — спросил Джейк, держа в руках вымытую тарелку, вода с которой капала на старый линолеум.
— С чем?
— С очками Бобби.
— Не знаю.
— Может быть, он их нашел. Знаешь, просто нашел рядом с путями, где сбили Бобби.
— Может быть. Ты поторопись и вытри эту чертову тарелку, а то на пол нальется целое озеро.
Джейк принялся вытирать тарелку.
— Может быть, рассказать кому-нибудь?
— Кому?
— Не знаю. Папе?
— Да, и тогда заодно признаться, что наврали о том, как нашли тело. Ты этого хочешь?
Джейк помрачнел, а потом посмотрел на меня так, будто я был виноват в том тяжелом положении, в котором мы оказались.
— Лучше бы ты сразу сказал правду.
— Эй, это ведь ты ничего не рассказал про дедушку Дэнни. Я просто подыграл тебе. Помнишь?
— Если бы мы сразу ушли, как я хотел, мне бы не пришлось врать.
— Да, хорошо, ты соврал. И что самое забавное, ты при этом не заикался. Как ты думаешь, в чем тут дело?
Джейк поставил вытертую тарелку на стойку и достал из раковины следующую.
— Может быть, расскажем Ариэли?
Я начищал губкой дно сотейника, в котором мать обычно готовила курицу, после чего к нему присыхала подгоревшая кожа.
— У Ариэли и без того полно забот.
Ни у меня, ни у Джейка и в мыслях не было рассказать о произошедшем матери. Она была снедаема пылкими страстями собственной жизни, и в любом случае любимицей ее была Ариэль, иметь же дело с сыновьями она обычно предоставляла отцу.
— А если Гасу? — спросил Джейк.
Я перестал скрести. Гас был неплохим вариантом. В субботу в аптеке Хальдерсона он вел себя странно, но это могло быть из-за пива или по какой-нибудь иной причине. Я с радостью забыл бы те страшные минуты, если б мог. Быть может, прошло достаточно времени, и теперь Гас сумеет дать более дельный совет.
— Хорошо, — сказал я. — Заканчивай скорее, и пойдем к нему.
Когда мы пересекли улицу и подошли к боковой двери, ведущей в церковный подвал и в комнату, в которой ночевал Гас, уже наступили сумерки, и древесные лягушки и кузнечики завели свою приятную трескотню. Возле церкви был припаркован «индиан-чиф» и еще несколько машин, которых я не признал. В отцовском кабинете горел свет, из окна доносились прекрасные звуки Первого фортепианного концерта Чайковского. Отец держал у себя в кабинете проигрыватель и грампластинки, которые часто слушал за работой. Этот концерт был у него одним из любимых. Мы вошли в дверь и, спустившись к подножию лестницы, остановились как вкопанные. Посередине подвала, освещаемый голой лампочкой, стоял карточный столик, за ним сидели Гас и еще три человека. На столе были разложены карты и покерные фишки, воздух пропитался сигаретным дымом, а у каждого из игроков рядом со стопкой фишек стояло по бутылке пива из пивоварни Брандта. Я узнал всех. Мистер Хальдерсон, аптекарь; Эд Флорин, разносчик почты и один из прихожан моего отца и Дойл, полицейский. Когда они увидели нас, игра остановилась.
Дойл широко улыбнулся.
— Попались! — воскликнул он.
— Заходите, — сказал Гас и поманил нас рукой.
Я сразу вошел, но Джейк замешкался у лестницы.
— Решили вот с друзьями в покер перекинуться, — сказал Гас, приобнял меня и показал свои карты. Он учил нас с Джейком игре в покер, и я увидел, что у него на руках хорошие карты. Фул-хаус, двойки над дамами.
— Ничего особенного, — сказал он. — Только твоему отцу лучше об этом не знать. Ладно?
Он говорил тихо, и я понимал, почему. Топка в углу подвала нуждалась в ремонте. Гасу было поручено ее наладить, но поскольку стояло лето, он не торопился. Трубы отопления были отключены и заткнуты тряпьем, чтобы шум из подвала не доносился в святилище, общественную комнату и кабинет моего отца. Благодаря тряпью и Чайковскому до отца звуки карточной игры не доходили, но мне было ясно, что Гас не желает испытывать судьбу.
— Разумеется, — тихо ответил я.
Гас взглянул на Джейка.
— Ну а ты, дружище?
Джейк молча пожал плечами — стало быть, согласился.
— Вам что-нибудь нужно? — спросил Гас.
Я оглядел людей за столом, собравшихся почти в том же составе, что и в аптеке в тот день, когда мы обнаружили тело. Теперь они показались мне еще менее достойными доверия, чем тогда.
— Нет, — ответил я. — Ничего.