И все же попросила…
- Расскажи, что вы делать будете.
Поймала себя вдруг на мысли, что его голос успокаивает, исцеляет. А может, мне было легче просто от того, что кто-то есть рядом.
Володя говорил и говорил – обо всем подряд, словно понимал, что мне это сейчас нужно.
А я слушала его и думала о том, что порой достаточно одного разговора, одного поступка, чтобы узнать человека, его суть. А порой для этого не хватает даже шестнадцати лет брака…
Но эта мысль почему-то уже не вызывала горечи.
Когда я снова легла в постель – по ощущениям, пару часов спустя – то смогла наконец спокойно и быстро уснуть.
А тяжёлые мысли остались где-то за порогом, словно какой-то незримый страж не позволил им за мной последовать…
Глава 12
Если бы меня спросили, почему я все это сотворил – я, наверно, не сразу нашёл бы ответ на этот вопрос. Как и достойное себе оправдание.
Просто потому, что его здесь и быть не могло. Все эмоции, которые мной владели, которые толкали меня на дикие, ужасные, неконтролируемые поступки, были чёрными, как сажа.
Злость, обида, гнев, неудовлетворенность… все это слилось в одном жутком, зловонном котле, в который превратилась моя душа.
Сжимая маленькую, дрожащую руку сына, я смотрел внутрь себя. Я сам себе задал тот самый вопрос – зачем я наделал столько дерьма? Почему?
И ответ наконец всплыл на поверхность.
Потому что Аня была права.
Во всем, что она мне высказала, крылась истина. Которую я и сам знал, но попросту не хотел признавать.
Не хотел признавать свою низость, малодушие, эгоизм…
Мне было мало того, что я имел. Мало той любви, что давала жена. Я хотел больше. Хотел чего-то абсолютного, всепоглощающего.
Хотел быть центром её Вселенной. Так же, как для мамы. Но Аня оказалась иной…
Отдельной, цельной, независимой личностью, чей мир не заключался только во мне одном. И я видел, что жена со мной не так счастлива, как могла бы быть, пойди я на уступки, но все равно продолжал держать её на цепи, требовать постоянного внимания к себе и только к себе…
Стыдно сказать – ревновал даже к сыну и дочери. Может, потому и захотел отомстить ей через них, причинить самую сильную боль из возможных, обидев детей. Моих детей – в том числе.
- Пап…
Голос Феди дрожал, сделался почти плаксивым, хоть он и пытался не хныкать. Я понимал, что надо как-то его успокоить, увезти в другое место… обеспечить ему покой и лечение, а не таскать его из одного места в другое – больного и напуганного.
Но стоял истуканом за дверями квартиры, откуда меня выгнали. И осознавал весь ужас своих поступков.
- Что? – ответил сыну после паузы.
- Мне так плохо… Я хочу домой. К бабуле…
К бабуле. Не к маме.
Я даже успел забыть про Ольгу. Где она сейчас? Ушла ли куда-то? Хотя куда ей идти полуголой?..
Столько людей пострадали – и все по моей вине.
- Пойдём, - скомандовал сыну, направляясь к лифтам.
Тонкое хныканье донеслось вдруг откуда-то с лестницы. Приглядевшись, заметил голую спину и понял – Оля сидит на ступеньках.
- Оль, вставай, - бросил ей устало. – Едем обратно к маме.
Она обернулась ко мне. Лицо ее было покрасневшим, заплаканным. Косметика безнадёжно потекла, а короткий, тонкий хвостик из оставшихся волос выглядел жалко и неопрятно.
Я встретил её несколько лет назад. Совершенно случайно, в магазине. Столкнулся с ней тележками, она извинилась и улыбнулась, а у меня в груди что-то дрогнуло.
Было в её улыбке нечто, что напомнило мне жену. Ту, прежнюю Аню, в которую я влюбился. Ещё совсем молодую, скромную, почти неопытную…
С годами она менялась. Становилась увереннее, твёрже, независимее. Вероятно, просто она выросла над самой собой, а я - нет.
И тогда меня повлекло к Оле. Я вызвался проводить её до дома, довезти ей пакеты с продуктами…
Она жила в микрорайоне, заполненном частными домами. Одна…
И я ею увлекся. Думал, что смогу получить от неё все то, что не получал от Ани – бесконечное, слепое обожание, услужливость, раболепие…
И получил. Некоторое время мне этого даже было достаточно. Только позже я понял, что не могу заменить жену подделкой. Что именно от Ани хочу всего этого, но она не прогнется, не сдастся.
Я пытался соединить двух женщин в одну, идеальную. Но ничего не вышло.
И все же я продолжал эту связь. А чтобы приглушить угрызения совести – помог жене открыть этот её чёртов салон. О чем потом миллион раз пожалел, потому что стал ревновать ещё и к нему.
Оказалось, себя не обманешь. Однажды я почувствовал, что устал от Оли. Но она вдруг забеременела…