Глава 2
В огромном, как самолётный ангар, супермаркете Кирилл ходил долго: слишком скрупулёзно рассматривал состав круп, вертел в руках упаковки макарон, переставлял жестяные банки с горшком, зачем то положил в тележку два огромных огурца... пока не оказался в отделе охотничьих принадлежностей. Здесь, окинув глазами полку с походными ножами, он приобрёл более осмысленный вид. Один из ножей, с эбонитовой короткой рукояткой и изогнутым лезвием привлёк его внимание. Кир снял нож с витрины и сжал его в кулаке так сильно, что побелели костяшки, затем осторожно разместил его в тележке среди покупок и быстрым шагом направился к кассам.
Дома отчётливо слышалось тиканье часов. Четыре утра! Мужчина тихо поставил сумки с покупками у порога, разулся и прямо в пальто вошёл в супружескую спальню. Оксана лежала отвернувшись к окну, раскидав по подушке волосы и свесив с кровати руку. Кирилл разглядывал соблазнительные линии тела супруги, облитые лунным светом, но ни следа от прежнего восторга и любования не осталось в его душе. В груди клокотала яростная обида, поднималось сожаление и жалость к самому себе: его любовь - самый драгоценный дар, оказался попранным и испачканным. Засунув руку в карман, он нащупал там продолговатый острый предмет.
Рано утром супруги разъехались по работам, едва успев пересечься на кухне. Оксана ушла раньше, оставив Кириллу завтрак. Она было хотела чмокнуть заспанного мужа в щеку, но он дернулся выключить свой будильник и прикосновение вышло смазанным.
День для Кирилла прошёл в бесполезной суете и горячечных мыслях о жене. Мужчина работал в строительной организации, он привычно передвигался с объекта на объект, вяло крутил руль и отчаянно сожалел, что убежал тогда, так не досмотрев сцену у остановки до финала: «А вдруг этот поцелуй был случайным и мужик в конце концов огреб пощёчину? Может, я ошибся и это была не она? Она нуждалась в моей защите, а я так малодушно исчез? Кто этот гад и откуда он взялся?» И так по кругу, до головной боли и пока его не накрыло волной мрачной и безысходной тоски.
После работы Кирилл решил и впрямь потаксовать: ехать домой не хотелось. Одного из пассажиров, нетрезвого и тучного развезло и вырвало на заднее сиденье, чему Кир был даже рад: развернувшись, он поехал мыть машину на другой конец города.
Химчистка салона заняла массу времени. На маленьком экране телевизора в зоне ожидания показывали бои без правил, грохотали пылесосы пульверизаторы автомойки, а Кир, неудобно свесив голову на грудь, провалился в тяжелый сон.
Дома снова встретила тишина и мерное тиканье часов: 4:30 утра.
Мужчина разделся и лёг на дальний край постели, стараясь не дотрагиваться до распластавшейся, как морская звезда, жены.
Глава 3
Утренний секс вышел злым и неистовым. Оксана сначала потянулась к нему, но оторопело посмотрела в черноту его зрачков, когда Кир больно, до синяков стиснул ее бедро... Потом она уворачивалась от его жалящих поцелуев, выталкивала его жёсткие пальцы, и вскрикивая, укусила его в нижнюю губу, до крови.
Хлопнула дверь... Пока Кирилл был в душе, Оксана ушла. Встряхивая мокрой челкой, обернув полотенце вокруг бёдер и оставляя на полу влажные следы, он прошагал по коридору - к вешалке, запустил руку в карман и со странным удовлетворением нащупал там острый, продолговатый предмет, завёрнутый в носовой платок.
Кирилл стоял перед окном их красивой, хромированной, темно серых тонов, кухни, и пил кофе из желтой кружки, которую жена подарила ему совсем недавно на 23 февраля. Уходя, Оксана всегда оставляла за собой в доме стерильную чистоту. Так и сегодня, мужчина нашёл на круглой деревянной доске под идеально прозрачным стеклянным колпаком бургер с яйцом и беконом, рядом - завёрнутую в льняную салфетку вилку с ножом и горячий кофе в турке.
Не притронувшись к еде, он перелил чёрный и горький, как ночь, кофе в чашку и встал напротив окна. Если бы кто то заглянул на уровне 25 этажа в эту квартиру с витринным остеклением, то увидел бы высокого темноволосого гладковыбритого мужчину лет тридцати, в белоснежной рубашке и чёрных костюмных брюках, глядящего в никуда и играющего желваками... Который внезапно размахнулся и стукнул кулаком по стеклопакету, отчего по огромному, размером со стену, окну пошли мельчайшие трещины, мгновенно сделавшие его непрозрачным.