Самое странное, что мои родные старались лишний раз не напоминать о долге перед мужем. Наши с ними отношения стали настолько холодными, что мы лишь здоровались, и не более того. Мама правда несколько раз пыталась поговорить со мной, но я была глуха. Меня бесило, что они выдали меня замуж, не слушая возражений. Конечно, в какой-то мере они поступили так, как им велело сердце. Но мне от этого легче не становилось. Нет, я знала, что однажды прощу их. Только для этого нужно самой разобраться в том, что я чувствую и о чем сожалею.
Еще немного полюбовавшись звездами, покинула уютное место и вернулась в дом. Переоделась сама, отправив Дану отдыхать. Она конечно пыталась напомнить, что это её обязанности. Но сейчас я была не готова с ней спорить. Ополоснувшись, легла в кровать и уснула.
Глава 3. Новые обстоятельства
Следующие три дня прошли для меня довольно плодотворно. Управляющий привел нескольких девушек, готовых помочь мне разобрать завалы. Я предупредила их, что ничего выкидывать не нужно. Первым делом решила рассортировать все по комнатам, чтобы потом было удобнее разбираться. Книги тут же уносили в библиотеку и оставляли у шкафов. Мне пришлось найти плотника, так как некоторые полки требовали починки. Но Джером в данном вопросе был весьма компетентен. Он быстро нашел нужных людей. И даже парочку разнорабочих, перетаскивавших тяжелые коробки или выносивших мусор.
Конечно же мое появление в городе вызвало у всех ажиотаж. Рабочие с интересом присматривались ко мне, девушки же даже пару раз пытались копировать походку. Причем заметила я это случайно. Да и за один день мне пришло сразу несколько приглашений на званый ужин. Местная аристократия желала познакомиться со мной. И я не думала отказываться. Если все же останусь тут, то нужно налаживать связи. Правда мне пришлось попросить о недельной отсрочке. Все же в доме было слишком много работы и приглашать гостей я бы точно не могла. А прием рано или поздно мне устроить придется.
Работа шла полным ходом. Книги потихоньку складывали в библиотеке, где я бережно расставляла их так, как было удобно мне. Я даже пыль с полок сама протирала, чем вызвала у прислуги некоторый ступор. Но похоже, они сочли это господской блажью и махнули рукой, оставив меня в покое. Должна признаться, ассортимент книг у тети был самым разнообразным. Чаще всего встречались талмуды по истории мира и легендам. Я отставляла их на отдельную полку, чтобы потом иметь возможность прочитать. Не знаю почему, но эти книги тянули меня к себе.
- Леди, не могли бы вы посмотреть один сервиз, - произнес Джером, отвлекая меня от раздумий. – Мне он кажется немного странным.
- Принесите, - приказала я, откладывая книгу.
Через минуту передо мной поставили весьма необычный сервиз. Он был сделан из черной керамики, что вообще считалось дикостью. На нем имелись узоры в виде переплетающихся лиан нежно-бежевого цвета. Всего шесть чашек с блюдцами и заварочный чайник, на крышке которого была сделана голубая корона. Должна признаться, такой набор я видела впервые. Поэтому мне было любопытно, кому он ранее принадлежал. Взяв в руки чайник, закрыла глаза и призвала свой дар. В голове тут же замелькали картины из прошлого. Так вышло, что полностью контролировать свой дар я не могла. Иногда мне показывались какие-то эпизоды, иногда целая история едва ли не с момента создания, а порой просто картинка и все.
В этот раз я увидела, как этот сервиз создавался. Делал его пожилой мужчина. Он сидел у огня, бережно отделывая каждую деталь, словно она была ему родной. С его губ слетали какие-то слова. Было видно, что ему больно на душе. Затем картинка сменилась и я увидела семью, которая пила из этих самых чашек, а на столе стоял портрет мужчины, что их сотворил. Его уже не было в живых, а сервиз оказался продан, так как его семье он не понравился. И вновь картинка. На этот раз набор нашла моя тетя. Я увидела, как женщина приносит его в дом, где сейчас сижу я, и ставит его в угол.
Вернувшись из воспоминаний, повернула чайник дном вверх и увидела едва различимую надпись - Чарльз Сонье. М-да, неожиданно. У меня в руках оказался последний набор великого мастера. О нем ходило много слухов, и никто не знал, какие из них правдивые. Согласно последним, он погиб от неизлечимой болезни, успев напоследок создать шедевр для дочери. Но та подарок не оценила и продала его. Похоже, сейчас в моих руках был именно он.