-…в этом все дело. Мари, ты меня слушаешь?
-Что?
Оторвав взгляд от пейзажа за окном кареты, смотрю на мрачного Григорьева и довольного Энтони. Эти двое, как оказалось, друг с другом довольно не плохо ладят. Можно сказать, что понимают с полуслова. Верю, они действительно друзья, одна я никак не могу свыкнуться со временем и загадочной миссией, выпавшей на нашу долю.
-Я, между прочим, сейчас объясняю тебе, что мы будем делать, если вдруг нас или тебя поймают.
Его нравоучительный тон за последние сутки порядком надоел, как и скрип колес по неровной дороге и куче больших и мелких ям, в которые мы то и дело проваливаемся.
-Кто именно поймает? Твоя невеста, от которой мы буквально сбежали, когда она заявилась на порог твоего дома и чуть не засекла меня? Или твоя бабушка, что громко кричала, потрясая в воздухе тростью и угрожала отречься, если ты не перестанешь путаться с падшими женщинами? Или та банда шантажистов, с чьей компанией никто из нас не захотел общаться на вечере у Сент-Деймсов? М-м? Почему бы тебе не рассказать все как есть, возможно, у меня будет больше шансов быть и полезной и выжить.
Мне давно надоело уговаривать этого упрямого человека рассказать всю правду. Он думает, что защищает меня, но его молчание добивает и буквально бесит.
-Мари права, Алекс. Предупрежден, значит, вооружен, а она не знает, кто наш настоящий враг.
-Она и не должна знать.
Вновь это мрачное и пугающее выражение на его лице. Спрашивать не нужно и так понятно, что ему что-то известно, но он не скажет. А это «что-то», как-то связано со мной.
-Александр, посмотри на меня. Разве я похожа на обезумевшую паникершу? Скажи, кто может похвастаться, что попал в другое временное измерение и не сошел с ума? Неужели, я дала повод думать, что не справлюсь? Я, как никто другой, мечтаю оказаться дома, просто скажи, что со мной будет, и мы сделаем так, что ничего плохого не произойдет. Ты ведь все знаешь, я чувствую это, просто расскажи. Я имею право знать, в конце концов.
Он не сводит с меня своего тревожного и упрямого взгляда, от которого становится не по себе. Наша идея опасна? Да! Без сомнений. Но я справлюсь. Я должна. Ради дочери я вернусь домой, что бы там не произошло дальше.
-Все будет хорошо, Мари, нужно придерживаться намеченного плана и у нас все получится. Мы скоро будем на месте, но еще нужно свернуть с дороги и заехать к одному, очень нужному человеку. Я познакомлю вас с ним, уверен, он вам понравится.
Григорьев повеселел, а мое радужное настроение махнуло ручкой и скрылось за большим серым облаком, низко висящим над землей и над нами. Прошло примерно полчаса, когда кучер свернул на узкую дорогу, ведущую к небольшому домику с кучей хозяйственных построек. Кругом было чисто и тихо, даже ветер утихомирился и больше не срывал с меня капюшон.
-Выходите.
Алекс первым выскочил из кареты и подал мне руку. После длительного сидения, ноги дрожали, а спина затекла, так что, первым делом я хорошенько потянулась, наплевав на все правила приличия. Неудивительно, что за это получила осуждающий взгляд мистера «само совершенство».
-Что? У меня все тело затекло. Энтони, скажите, что я права.
-Вы правы, мисс Мари.
Григорьев помотал головой, понимая, что исправлять меня себе дороже выйдет.
-Гарри, отведи лошадей за дом и напои их. А мы идем внутрь.
Кучер отъехал и мы, последовали за Алексом, встречаться с его знакомым.
-Откуда ты его знаешь? Ты раньше был здесь?Кто он такой?
У меня куча вопросов к нашему любителю истории, но в ответ крохотная информация, от которой стало еще любопытнее.
-Я был здесь в прошлом году, когда пытался в одиночку вернуться в наш мир, тогда и познакомился с Томом Хэдсоном. Он живет совсем один, но на удивление бодр в свои шестьдесят пять лет.
Деревянная дверь открылась, с еле заметным скрипом и на порог вышел седой старик, со сгорбленной спиной и скрюченными от тяжелой работы пальцами. Черные широкие штаны, сероватая от частых стирок рубашка и поверх нее коричневый теплый сюртук, в который старик то и дело кутался от прохладного сквозняка.
-Добрый день. Мы можем попросить у вас воды?
Морщинистое лицо хозяина дома напряглось и из-под нависших седых бровей, сверкнули удивительно ясные черные глаза.
-Буду рад угостить вас. И не только водой. Входите.
Алекс улыбался старику, Энтони держался более равнодушно, а я не спускала с него глаз. Кто знает, что у него там на уме? Мы прошли в большую теплую комнату, скудно обставленную простой деревянной мебелью. Хозяин направился к столу и стал расставлять незамысловатые угощения, которые стояли у него на плите в маленьких глиняных чугунках.