- Я все равно не понимаю, зачем тебе держать её здесь, даже если она выполняет какую-то там работу. Сначала Лена твоя здесь поселилась, а теперь еще эта. Что за проходной двор?
- Я сказал тебе уже. Мне нужно, чтобы она была под контролем, иначе дело может сорваться. Прости, не могу пока посвятить тебя в это. Когда всё решится, я тебе расскажу.
Невольно замираю на месте, вместо того, чтобы бежать с места преступления, я бессовестно подслушиваю.
- Это просто ни в какие рамки не лезет. Почему нельзя просто снять ей квартиру?
- У неё есть квартира.
- Что? Ты издеваешься?!
- Олесь, ты что ревнуешь меня? Ей восемнадцать. Перестань, это же смешно.
- Нет, это не смешно, Гаврилов. Я видела, как она на тебя смотрит. Девочка явно на тебя виды имеет. А ты, как добрый папаша, вдруг решил с чего-то её опекать. Мне это не нравится.
- Прекрати.
За дверью какие-то шорохи, похоже, что он подходит к ней, через несколько мгновений чавкающие звуки. Они… они целуются.
Вот, какого хрена? Какого гребанного хрена, я не пошла в свою комнату сразу? Злость, смешанная с гадким чувством никчемности прожигает меня насквозь. Голова работает в режиме «Критическая ситуация» и я судорожно соображаю, что мне делать. Оставаться в этом паучьем гнезде больше нет никакого желания. В темноте передвигаюсь к входной двери и толкаю её, в надежде, что она не заперта, и та, на удивление поддается. Выскальзываю на улицу, воздух обжигает меня холодом, все-таки сентябрь уже, но я толком не ощущаю ничего, наверное, кровь так быстро бежит по венам от волнения. Перебегаю в сад, туда, где за деревьями меня не увидит охрана, и ищу подход к забору. Даже не знаю, почему мне так везет, но я нахожу дерево ветками касающееся его верхнего края. Теперь, главное, как можно тише на него залезть, чтобы не привлечь внимание. Вскарабкиваюсь по стволу, цепляясь руками и ногами за ветки, и оказываюсь наравне с верхушкой забора. Дальше придется прыгать. Вниз метра два, приземлиться неудачно – вероятность процентов девяносто, но я не привыкла сдаваться. Оглядываюсь напоследок, убедиться, что моего побега никто не видит, и срываюсь вниз, сгруппировавшись, как кошка. В детстве мне часто приходилось лазить по деревьям, и я даже всегда играла за индейцев с мальчишками из приюта. Но это было совсем другое. Приземляюсь не совсем эстетично, но главное руки и ноги на месте, что непременно радует. Я на свободе. Босиком. В летнем платье. Без денег и документов. Так, ладно. Будем решать проблемы по очереди. Для начала нужно свалить как можно дальше от этого дома. Первые метров пятьсот я бегу по асфальтированной дороге, прежде чем начинаю чувствовать холод. Я могу выбраться на трассу и поймать машину. В таком виде, скорее всего, подумают, что я – проститутка. Черт. Почему я не вернулась в комнату за теплой одеждой? Уже ёжусь от холода, и идея побега не кажется идеальной. Хотя я провернула все на удивление ловко, непонятно теперь, что делать дальше. Каким-то образом нужно добраться до города. Там у меня есть заначка на «Самый крайний случай». Возьму её, переоденусь на старой хате, она же оплачена до конца месяца, и свалю в другую область.
Да. Точно.
Нужно только добраться до города.
Глава 10
Максим
***
Олеся вывела меня из себя своим истеричным звонком, когда я находился еще в лифте «INFert.Comp.». Самое удивительное, она никогда так не делала. Вообще Олеся редко устраивала разборки, в основном, когда ей становилось скучно. Но в этот раз мне почему-то совсем не хотелось потакать её капризам, тем более, что она предъявила мне за Асю.
Я намеренно передумал ехать сразу домой, зная, что Олеся там, ждет от меня объяснений. Поэтому попросил водителя развернуться и поехал к Амалии.
Несмотря на наши «напряженные» отношения с её сыном, эта женщина всегда хорошо относилась ко мне. И сейчас, когда отца уже нет, она, по сути, единственный близкий мне человек, не считая моей девушки.
Женщина встретила меня ласковой улыбкой с легкой ноткой удивления.
- Милый? Я не ожидала тебя увидеть. Проходи, сюрприз нежданный.
Я прохожу в родительский дом, и сердце сжимается. Первый раз, после смерти отца, я приезжаю сюда. Амалия держится молодцом, хотя я замечаю в уголках глаз недавно появившиеся морщинки. И улыбка какая-то вымученная. Знаю, что она правда любила отца, такое не скроешь даже за слоем косметики.
- Ты надолго ко мне? Совсем не заезжаешь проведать старушку.