- Поздно краснеть.
- Почему же Тома нас не знакомила? Она-то с самого начала знала, кто он.
- Она думала, что вы уже сами познакомились. Со стороны вообще можно было подумать, что у вас служебный роман, так нежно Дед Мороз обнимал девочку Лену.
- Глупости! Тогда бы я точно о нём всё знала. К тому же у меня уже есть роман.
- А почему ты не знаешь его имени? Ты ведь даже не удосужилась спросить, как зовут его - твоего собственного Деда Мороза, - злилась я.
- Но ведь он тоже не представлялся. Нас никто не представил друг другу. И репетиции у нас с массовкой были в разное время. Я не видела его раньше, - оправдывалась я.
- Человек хотел с тобой попрощаться, а ты...
- Ну казни меня, казни... Радуйся...
Я не заметила, как дошла до кабинета Нины и молча встала в дверях.
- Тебе что, не нужна зарплата? - спросила бухгалтер, возвращая меня в реальность.
- Что? - я не могла собраться с мыслями.
- Тебе деньги не нужны? - повторила она, сняв очки и устало глянув на меня.
- Ты что там стоишь? Где ты была? Бери расчёт, - сказала Нина, переглянувшись с бухгалтером.
Тут только до меня дошло, что очереди уже нет.
- На репетицию завтра не опаздывай. У нас концерты на носу. Съёмка на «Молодёжной эстраде»... - крикнула мне вслед Нина, видя мою рассеянность.
А я и так всё помнила. Просто я ещё не вернулась в наше измерение.
Я вышла.
Рабочие уже демонтировали ёлку в холле. Было грустно смотреть. Сказка закончилась.
Через четыре месяца я вышла замуж за своего любимого парня, с кем мы не разлучались и на сцене.
Ещё пару сезонов я выступала на Ёлках с Томой-Снегурочкой. Спектакли были разные, изменялся и актёрский состав. Другим был и Дед Мороз. Вообще, всё было другое. Да и студенческие сессии, и каникулы к тому времени тоже закончились. Я получила ещё один диплом и приступила к работе учителя музыки.
Прошли годы. Зимние каникулы вернулись ко мне уже как к учителю.
Я больше не выступала в новогодних спектаклях, хотя Нина по-прежнему звала меня. Я ещё долго оставалась такой же моложавой, и меня по-прежнему можно было принять со сцены за школьницу. Просто пропало желание играть детей. У меня уже были свои дети и племянники, которых я водила на Ёлки. Но того Деда Мороза я не встречала нигде.
Странно, но я часто представляю себе, как я, девочка Лена из спектакля «Лепесток лотоса», опять лечу вниз по огромной театральной лестнице, вслед за тем красивым майором.
И я успеваю!!!
Я выбегаю на улицу, бегу по заснеженному тротуару и кричу ему вслед: «Дед Мо-ро-о-о-оз! Это я-я-я, девочка Ле-е-е-на-а-а-а!»
И он оборачивается! Он оборачивается и улыбается мне! И он не садится в машину! Он бежит мне навстречу по хрустящему снегу! Стройный, высокий, красивый. А я бросаюсь к нему в объятия, как тогда, за кулисами, и кричу:
- Прости меня, Дед Мороз! Прости меня, Дед Мороз!
Он отрывает меня от земли, как куклу, и кружит, и кружит, и кружит!
- Де-воч-ка Ле-на-а-а! - кричит он.
А я смеюсь и повторяю:
- Прости меня, Дед Мороз...
2006