Это невероятное, необъяснимое чувство начиналось внизу живота, затем покалывание распространилось по всему телу. Я доводила сама себя до оргазма, нет смысла скрывать, но когда ты с кем-то другим, открывается совершенно новое игровое поле. Мое тело начало содрогаться. Голова, казалось, стала раз в десять легче, и я словно вырвалась из своего тела.
Когда я уже не была уверена, сможет ли мое тело вынести больше, я начала кричать Таннеру, чтобы он перестал, хотя в то же самое время, я желала, чтобы он никогда не останавливался. Мое тело начало дергаться, когда он добавил давления на стиснутые в туфлях пальцы.
Затем Таннер встал и навис надо мной, смотря на меня полными желания глазами. Я глубоко дышала, и хотя в голове прояснилось, я была готова к большему, надеясь, что это будет таким же всепоглощающим, или даже больше.
Он приказал мне вернуться назад на кровать, и пока я делала это, он снял свои джинсы и разорвал упаковку. Я смотрела, как он надевает презерватив, и у меня глаза чуть не вылезли из орбит. Он что, действительно такой большой? Ох, нет!
Забравшись на постель, Таннер устроился между моих ног. Он легонько целовал краешек моего рта, пока его отвердевший член толкался у входа. Когда он останавливался, то смотрел на меня. Единственное слово, которое мне приходило сейчас в голову при описании его взгляда, было обожание. Его собственная похоть, только для меня. Что-то, чего я никогда не испытывала по-настоящему. Зендер всегда любил меня, и он хорошо это доказывал, но мы были слишком молоды, и у нас не было достаточно времени, чтобы оценить друг друга в этом смысле. На меня никогда так не смотрели, и мое сердце мгновенно стало сжиматься.
– Ты уверена, что хочешь этого? – мягко спросил он.
Я смогла лишь кивнуть головой. Дар речи полностью покинул меня, еще когда все это только начиналось, я могла лишь стонать и задыхаться.
Тогда Таннер вошел в меня, и тут я ощутила не наслаждение, а боль. Я прикусила губу, чтобы не закричать в агонии. Тогда тоже было так больно, или я просто забыла об этом? Ой! Таннер почти вышел из меня, он нахмурил брови, затем, немного надавив, он толкнулся чуть дальше.
– Дерьмо, – выдохнула я, хотя и не собиралась говорить это вслух.
Таннер остановился и внимательнее присмотрелся ко мне.
– Лекси, прости, я думал...
Я остановила его на половине фразы. Я знала, что он ничего не понимает. Он знал, что я не девственница, так что, естественно, он предположил, что у меня был секс и дальше. Как же мало он меня знает, чтобы так думать.
– У меня был секс только один раз, – я очень надеялась, что эти слова не испортят настрой.
Его брови поползли вверх в абсолютном удивлении.
– Правда? – сказал он. Возникла неловкая пауза, и я мысленно заспорила сама с собой, должна ли я продолжать все это или нет. Это был один из многих моментов со времени моего возвращения, когда мне нужно было закончить начатое, но лучше бы оно не начиналось. Я ведь такая узкая, а он такой большой.
Наконец он заговорил.
– Для тебя это слишком, мы не должны этого делать, – он сглотнул, и я увидела беспокойство в его взгляде.
Я больше не думала об этом, просто выпалила первое, что пришло в голову.
– Я хочу этого, Таннер. Пожалуйста. Просто будь со мной нежнее.
Улыбка, осветившая его лицо, дала мне знак, что я приняла правильное решение. По крайней мере, мне так казалось.
Я вдохнула через нос, когда Таннер вошел в меня одним сильным рывком, и выдохнула через рот. Из моего рта вырвался резкий крик, но я бы не смогла описать шум, который я производила. Что-то среднее между стонами удовольствия и болезненным скрежетанием зубами, и еще визг и святое-дерьмо-это-таки-происходит.
Таннер замер внутри меня, давая возможность привыкнуть к его размеру. Затем он снова задвигался. Еще! Я думала, что он уже наполнил меня, но как же сильно я ошибалась. Когда он полностью вошел в меня, он наклонился и начал покрывать поцелуями мое лицо.
– Все хорошо? – прошептал он между поцелуями.
После долгого выдоха я кивнула головой и улыбнулась лучшей улыбкой, на которую была способна.
– Да.
Он снова задвигался, а мне пришлось сфокусировать свое внимание на потолке над его плечами. Когда боль стала терпимой, и я начала ощущать больше удовольствия, чем боли, я снова переключила свое внимание на Таннера. Он просто наблюдал за мной, рот был открыт и из него вырывались стоны удовольствия. Мое тело охватило так много ощущений, что я больше не была способна фокусироваться на чем-либо.
– Я не смогу продержаться долго, – выговорил он, его дыхание было прерывистым.
Я прикусила губу и закрыла глаза, пытаясь сконцентрироваться на удовольствии от ситуации, которое я точно знала, что получу.
– Все хорошо, – сказала я ему. И так и было. Я думаю, что была готова к этому в первый раз. В следующий раз, если он будет, я точно смогу сконцентрироваться на удовольствии, а не на неудобной боли.
Руки Таннера нашли мои волосы и, немного стиснув их, он кончил, а пока его тело дрожало, я слышала, как он постанывает мне в ухо. От его дыхания мою шею покалывало, потом он откинулся назад и вопросительно посмотрел на меня.
– Прости, что кончил без тебя, – сказал он. На его лице читались боль и сожаление.
Я положила руку ему на щеку и улыбнулась.
– Это было невероятно. Все это, – и это была чистейшая правда.
Его улыбка растянулась до ушей, и он снова поцеловал меня. Выйдя из меня, он посмотрел вниз, и я увидела, как его глаза расширились. Я проследила за его взглядом и увидела кровь. Класс, завтра мне будет чертовски больно!
– Прости, – невероятно смутившись, пробормотала я. Прямо чувствовалось, как мои щеки окрашиваются в ярко-красный цвет.
Он посмотрел на меня, и я не смогла прочитать выражение его лица.
– Нет, только не это, Лекси, пожалуйста, не жалей. Черт, я даже не знал... – он остановился и посмотрел вниз. – Дерьмо. Я не хотел тебя ранить.
Удивив нас обоих, я начала хихикать. Он склонил голову набок и удивленно посмотрел на меня.
– Давай просто забудем всю неловкость ситуации. Я в настроении для парочки яиц с беконом.
Улыбка вернулась на его лицо, и он выскользнул из постели.
– У меня есть пара шорт и футболки в ящике, одевай, что тебе понравится. Я сменю белье и начну работать над беконом и яйцами.
Я слезла с кровати и направилась к комоду, где выбрала себе большую футболку и пару его боксеров вместо шорт. Не желая ходить босиком, я также схватила его носки и надела их, сняв наконец-то с себя туфли. Затем я отправилась в ванную и, приведя себя в порядок, переоделась, прежде чем присоединиться к Таннеру на кухне.
Не стыдясь ни на миг, я с жадностью набросилась на еду, и сказала ему, насколько она восхитительна, и даже немного застонала. Он расхохотался и стянул кусочек бекона с моей тарелки, и за столом мы оба расслабились.
Он включил телевизор, пока готовил, и так как мы могли одновременно и смотреть, и есть, мы болтали о рекламе и просто ни о чем. Это была одна из самых расслабляющих ситуаций за долгое время.
Когда мы доели, Таннер встал, взял наши тарелки и пошел с ними к раковине.
– Хочешь выпить? – спросил он.
Я посмотрела на него и покачала головой.
– Нет, спасибо, – я с удивлением обнаружила, что больше не пьяна. – Я и так слишком много сегодня выпила.
Он остановился и было похоже, что он о чем-то думает. О чем-то неприятном. Затем он перевел взгляд на меня и на секунду прикусил губу.
– Я ведь, хм, не воспользовался твоим состоянием? В смысле, ты же не собираешься проснуться утром и не помнить того, что произошло? – мое сердце забилось от того, каким нервным и неуверенным в себе он сейчас был. Не так уж много парней способны быть джентльменами настолько, чтобы беспокоиться о таких вещах.
Я улыбнулась, чтобы разубедить его.