Я медленно и размеренно поднялся со стула за своим столом и подошёл к ней, сократив расстояние ровно настолько, чтобы она занервничала, но не испугалась.
— Как тебя зовут?
— Камилла Санторе.
Санторе? Это настоящее итальянское имя.
Нико оторвал взгляд от телефона, экран которого всё ещё отбрасывал блики на его рубашку. Я знал этот взгляд. Он уже копался в прошлом её семьи.
Когда он едва заметно кивнул, это подтвердило мои подозрения. Она была связана с Донами. Определённо не в ближайшем окружении и не в самом узком кругу, но всё же достаточно влиятельная.
— Что случилось? — спросил я, усаживаясь на стол позади себя.
Она нервно оглядела комнату, её пальцы беспокойно беспокойно дрыгались. Тонкая ткань её свадебного платья слегка помялась — едва заметный признак пережитого хаоса, но, несмотря на это, оно сидело на ней с тихой элегантностью, всё ещё захватывающей дух, несмотря на напряжение.
— Я застала своего будущего жениха трахающимся с одной из моих подружек невесты. Моей лучшей подругой, — на последней фразе её голос дрогнул.
— Ты убежала?
— Честно говоря, я не знаю, почему я сбежала. От помолвки никуда не деться, — она понизила голос. — Я знаю отметины на твоём лице. Я знаю, что означает вот эта под левым глазом.
— Ты его любишь? — спросил я, проигнорировав её замечание о моей татуировке. У неё дёргается левый глаз.
— Я думала, что люблю. Но предательство убивает такие чувства раз и навсегда.
— А как же твой долг перед семьей?
Её плечи на мгновение опустились, прежде чем она выпрямилась. Наши взгляды встретились, когда она заговорила.
— Мне нужна всего минута, чтобы прийти в себя. Я не опозорю имя Санторе. Я выполню свой долг, как от меня требуют.
— Это включает в себя замужество с мужчиной, которого ты скорее убьёшь, чем трахнешь? — резко спросил я. — Или кого-нибудь в Il Volto Nero будет достаточно, чтобы твоя семья гордилась тобой?
Она внезапно фыркнула, но тут же взяла себя в руки.
— Извини, — пробормотала она, и её щёки залились лёгким румянцем. — Гордость — это не то, что моя семья когда-либо испытывала ко мне. От меня ожидают того, что я буду поступать так, как подобает хорошей дочери. Ни больше, ни меньше.
— За кого ты собиралась выйти замуж? — спросил я, хотя ответ был не важен. Кем бы он ни был, он не имел значения.
Никто не превзойдет Понтиселло.
Её губы приоткрылись, голос был едва громче шёпота.
— Филип. Филип ДаКоста.
Я не вздрогнул. Не моргнул.
— Тогда ты выйдешь замуж за меня, — сказал я, и слова эти прозвучали резко и уверенно, словно обещание, высеченное в камне.
— Зачем тебе жена? — спрашивает она, и в ее словах слышится подозрение.
Я оторвал задницу от поверхности, преодолел разделявшее нас расстояние и, приблизившись, возвысился над ней. От неё пахло тёплой ванилью и чем-то более диким, сладким, притягательным и достаточно опасным, чтобы мне захотелось большего.
Её горло дёрнулось, но она не отступила ни на шаг. Дерзкая. Мне это нравилось. Нравилась мысль о том, что я сломаю её дух и заставлю подчиниться. Я наклонился к ней, чтобы она могла меня слышать.
— Потому что та, с кем я был помолвлен, трахнула одного из моих шаферов. — Последняя часть была ложью, но девушка могла понять, что я имею в виду. Это сделало бы её более открытой для выбора того пути, который я хочу. Пути, который мне нужен.
Она встретилась со мной взглядом.
— Ты всё ещё нетронута? — спросил я.
Она кивнула.
Мои губы изогнулись в улыбке, довольные тем, что ни один мужчина не прикасался к ней подобным образом.
— Хорошо.
Я вышел из зоны её личного пространства и услышал, как она вздохнула. Я открыл ящик. Мика оставил это здесь рано утром. Это был контракт. Я положил его перед ней.
— Я дам тебе время прочитать его, а потом ты скажешь мне, готова ли ты стать моей женой.
Она посмотрела на меня, а затем на контракт. Она выпрямилась, выпятив грудь и демонстрируя её идеальную форму.
— Что я получу взамен?
— О, гораздо больше, чем указано в контракте, la mia piccola fuggitiva (Прим. пер.: в переводе с итальянского: Моя маленькая беглянка).
Её челюсти слегка напряглись.
Я снова улыбнулся, когда она подошла к столу и взяла контракт.
— Я даже не знаю, как тебя зовут, — сказала она, глядя на страницы.
— Просто зови меня Альфонсо. Нико, отведи её в свободную комнату; у меня ещё есть дела, которые нужно уладить, — приказал я своему помощнику.