— Более или менее, — уклончиво ответила она. — Подарки, во всяком случае, я уже купила.
Талли действительно побывала в «Максфилде» и купила то, что, как ей казалось, дочери хотелось бы получить на Рождество. Раньше покупкой подарков для Макс и Сэма всегда занималась Бриджит, но теперь Талли все сделала сама и с удивлением обнаружила, насколько, оказывается, приятно выбирать вещи для тех, кого любишь. Обращаться за помощью к Меган ей и в голову не пришло: Талли с самого начала строила свои отношения с помощницей таким образом, чтобы как можно меньше от нее зависеть — особенно в семейных делах. Пусть Меган и называлась ее личной помощницей, Талли предпочитала, чтобы их отношения оставались исключительно профессиональными. К сожалению, она на собственном горьком опыте убедилась, что это единственно разумный подход, и надеялась, что Меган поймет ее правильно.
Впрочем, работы у Меган и без того хватало, и она справлялась с ней просто блестяще. Похоже, наняв ее в качестве помощницы, Талли в кои-то веки вытянула выигрышный билет.
— А как ты? Готов? — в свою очередь спросила она.
— Подарки к Рождеству никогда не были моей сильной стороной, — честно ответил Джим. — Эти праздники… После всего, что происходит с нами за год, они каждый раз разные… Впрочем, что́ я тебе рассказываю, ты и сама знаешь это лучше меня. — Джим немного помолчал, потом спросил осторожно: — Ты, наверное, сильно скучаешь по своему отцу?
— Конечно, — призналась Талли. — Очень скучаю. Но ему, по крайней мере, было восемьдесят шесть, поэтому в том, что он… в том, что его не стало, я вижу проявление естественного порядка вещей, и это меня немного утешает. — В случае с женой Джима все было не так, она это знала и сочувствовала ему. Правда, Дженни скончалась уже пять или шесть лет тому назад, но Джим до сих пор глубоко переживал свою потерю.
— Так как насчет того, чтобы всем вместе покататься на коньках? — напомнил Джим. — Надеюсь, вы с Макс не передумали? Правда, Джоша еще нет… Давай я позвоню тебе, как только он приедет, ладно? — предложил он, и Талли согласилась.
Четыре дня спустя Джим позвонил ей снова. Талли как раз сидела за столом, думая о Бриджит и о том, каково ей будет встречать Рождество в тюрьме. Она не могла себе этого даже представить — да и не хотела представлять. Наверняка Талли знала только одно: на месте Бриджит она чувствовала бы себя очень одиноко. Увидев на экране мобильника номер Джима, Талли даже вздохнула с облегчением.
Джим был рад слышать ее голос. Она поняла это сразу, когда он еще раз поздравил ее с замечательным фильмом. Они с Бобби посмотрели «Человека на песке» в прошедшие выходные и были в восторге.
— Это просто великолепно, Талли! — похвалил Джим. Теперь, когда он знал Талли лично, ее мастерство и режиссерский талант восхищали его еще больше. Правда, Джим не считал себя большим знатоком кинематографа, но отличить хороший фильм от плохого умел. Да и Бобби «Человек на песке» понравился так же сильно, как и ему.
— Спасибо, — скромно ответила Талли. Почему-то ей было особенно приятно слышать, что Джиму фильм понравился, хотя она и так знала, что лента бьет все кассовые рекорды и обещает стать хитом сезона. — Я старалась.
— А у меня есть для тебя подарок к Рождеству, — сказал Джим, и Талли немного смутилась. Ей просто не пришло в голову купить что-нибудь для него.
Речь, однако, шла отнюдь не о сувенирах.
— Сегодня адвокат мисс Паркер позвонил районному прокурору, — продолжал Джим. — Она готова признать себя виновной по обоим обвинениям, чтобы не ждать суда, а начать отбывать срок. Это означает, что твой гражданский иск пройдет «на ура». Тебе нужно будет только обговорить с адвокатом мисс Паркер размер компенсации, который она готова выплатить, и дело в шляпе. Ни ходить в суд, ни давать показания тебе не придется. Не будет никакого процесса, не будет бесконечных заседаний… Все почти закончилось, Талли! — мягко добавил он.
Это и был тот главный подарок, который ему хотелось преподнести ей как можно скорее. Джим знал, что, если события будут разворачиваться именно так, как он говорил, все закончится очень быстро и Талли сможет оставить в прошлом эти неприятные события. Для нее было очень важно оставить позади этот этап своей жизни, чтобы начать забывать , но, покуда она знала, что ей предстоит участвовать в судебных заседаниях, об этом не могло быть и речи. Присутствовать на процессе, давать показания означало бы снова пережить то, что ей так хотелось вычеркнуть из памяти. Фактически для Талли это было бы огромным шагом назад, к мучительным и горьким переживаниям, которые и без того не отпускали ее слишком долго.
— Как ты думаешь, почему Бриджит так поступила? — спросила Талли после довольно продолжительной паузы, в течение которой она пыталась осмыслить новость. Ничего подобного она не ожидала, но, как ни суди, сюрприз, который преподнес ей Джим, был очень и очень приятным.
— Мне кажется, ее убедил адвокат. Похоже, он вовсе не глуп и прекрасно понимает, что не сможет выиграть ни тот, ни другой процесс. Улики таковы, что мисс Паркер наверняка грозил очень длительный срок. С другой стороны, если она признает себя виновной, окружной и федеральный прокуроры могут пойти на некоторое смягчение приговора. В этих условиях адвокату выгоднее договориться с властями о том, сколько должна отсидеть мисс Паркер, чем доводить дело до суда присяжных, рискуя получить максимальные сроки по обоим обвинениям. Для мисс Паркер это было бы самоубийственным решением — особенно если учитывать качество собранных нами улик. Ее адвокат выбрал единственно правильное в данной ситуации решение, которое существенно облегчит тебе получение компенсации — если, конечно, мисс Паркер намерена руководствоваться здравым смыслом и в этом вопросе. Как все будет на самом деле, сказать пока нельзя, но я надеюсь, что адвокат сумеет повлиять на нее и в этом вопросе. Собственно говоря, это ее единственный шанс на сравнительно мягкий приговор. Другого пути просто не существует.
По его интонации Талли почувствовала, что Джим очень рад за нее, а когда он все подробно ей объяснил, она обрадовалась тоже.
— Это очень хороший рождественский подарок, Джим, — сказала она с чувством. — Просто замечательный! Еще раз спасибо тебе… Спасибо за все.
— Счастливого Рождества, Талли, — тепло ответил он. — Счастливого и… спокойного. — Тут Джим, похоже, немного смутился своей почти по-родственному доверительной интонации и добавил уже другим голосом: — Так как все-таки насчет похода на каток? Надо же отметить наши новости. Я предлагаю пойти туда вместе сразу после праздников.
— Очень хорошо, я согласна, — сердечно ответила Талли. Ей действительно нравилась эта идея — сходить на каток с Кингстонами. В прошлый раз они очень приятно провели время в боулинге, и ей казалось, что еще один совместный вечер еще больше укрепит дружбу между двумя семьями.
Вечером Талли рассказала о неожиданном решении Бриджит дочери. Макс была рада услышать эти новости. На Бриджит ей, правда, было наплевать: она считала, что чем дольше та будет сидеть в тюрьме, тем лучше, однако Макс видела, как тяжело ее матери, и понимала, что́ означает для Талли возможность стряхнуть с себя этот навязчивый кошмар. Больше всего на свете ей хотелось, чтобы мать снова стала прежней — счастливой и беззаботной, и теперь Макс казалось, что тяжелые времена наконец-то останутся позади.
Что касалось Талли, то она сейчас жалела только о том, что не может поделиться приятным известием с отцом. Сэм всегда отлично ее понимал и умел делить с ней не только горе, но и радость, и Талли надеялась, что сейчас он тоже видит ее, знает, какой камень упал с ее души после звонка Джима. Ее настроение сразу изменилось, изменилось к лучшему, и она была почти благодарна своей бывшей подруге за этот рождественский подарок, хотя и не сомневалась, что, принимая решение, Бриджит думала только о себе.
Должно быть, в тюрьме ей было действительно несладко.