— Ты бредишь, — смерив его презрительным взглядом, Гвен пожалела, что вообще согласилась помочь. Похоже, что он просто обезумел от идеи оправдать отца, вот и порол чушь. — Райт, ты говоришь о моих родственниках, чёрт тебя дери! И открыто называешь моего дядю… боже… убийцей собственного сына?!
Она кое-как держалась, чтобы не повышать голос и не привлекать внимания других посетителей ресторана. Сдерживая раздражение, одним махом допила остатки вина в бокале, смачивая пересохшее горло.
— Нет, малышка, я давно докопался до правды, которую так усердно пытались зарыть, — покачал головой он, откровенно любуясь румянцем на её щеках. Что ни говори, а ему дико нравилось, когда она злилась. Сразу слетала вся эта напускная идеальность, как шелуха, обнажая суть: горячая дьяволица из самого ада. — Отец всё мне рассказал. Дональд нанял его якобы припугнуть парня, чтобы выбить из глупой башки дурь. А когда Кристофер получил пару ударов под дых, то папа просто ушёл, едва переставляя ноги, нажираться дальше. Он и помнит всё смутно. Но то, что не держал в руках оружия, это точно.
Воцарившую давящую тишину разбавляла только тихая классическая музыка. Тяжело дыша, Гвен сопоставляла его слова с собственной экспертизой и всем, что знала сама. Признавать было неприятно, но факты ложились слишком ровно, чтобы это игнорировать.
Неужели правда? Да, дядя милым характером не отличался, всё-таки опытный бизнесмен, уверенно топчущий конкурентов год за годом. Но чтобы пустить пулю в сына… Это нужно было тщательно проверить, потому что принимать слова Хантера как данность не стоило. Уговорив себя подобным образом, она понемногу унимала желание хорошенько влепить кулаком по всё более самодовольно ухмыляющейся роже.
— Я не исключаю такого варианта. Но без доказательств ты меня не убедишь, — выдав тем самым последний вердикт, она взяла ложечку, тихо радуясь выбору десерта. Утопленное в эспрессо мороженое с шоколадной посыпкой — то, что нужно, чтобы немного охладить хищные порывы.
— Упрямица, — только и осталось вздохнуть Хантеру.
Сама же делала вычисления, ну какие ещё нужны улики?! Чистосердечное Дональда? Будет. Непременно будет.
Закончив с пастой, он с интересом наблюдал, как Гвен пробовала своё аффогато. Неспешно, смакуя, отправила в рот мороженое, а затем совершенно по-детски облизнула ложечку. Он сглотнул, торопливо хватаясь за бокал: эта чертовка сегодня точно решила довести его до сердечного приступа. Ладони закололо от желания коснуться её, провести пальцами по изгибу шеи. Ощутить уже знакомую отзывчивость, попробовать вкус этих губ.
Интересно, после кофейного десерта они всё ещё медово-вишнёвые или нет? Узнать хотелось немедленно, и на короткое мгновение его лицо приняло слишком отсутствующее выражение: в своих фантазиях он уже вовсю покрывал бархатистую кожу холодным мороженым, чтобы потом собрать его своим языком.
— Хей, Райт, ты ещё здесь? — Гвен заметила его взгляд и специально облизнулась, ловя почти умоляющую искорку. — Тебе дать попробовать? А то так смотришь, что я подавлюсь.
Великолепная игра, в которой победа могла быть только у женщины, нравилась ей всё больше.
— Не люблю сладкое, — он сморщился, сбрасывая наваждение и допивая вино, удачно смывающее откровенные мысли. Но в груди клокотало, и вряд ли уже было возможно сегодня остановиться.
Гвен усмехнулась: как же, наглый лжец. Она чётко помнила стратегические запасы печенья в шкафчике на его кухне. В отместку за враньё снова подцепила своё лакомство и мучительно медленно сунула ложечку в рот, наслаждаясь идеальным сочетанием вкусов пломбира, шоколада и эспрессо. Сладкое и горькое: всё, как она любила.
Однако продолжить эту пытку для Хантера и чистый кайф для неё не вышло.
Застучали по паркету каблуки, и возле столика пахнуло приторными духами, мгновенно испортившими весь аппетит. Гвен с тяжким вздохом отставила вазочку: именно поэтому не хотела появляться с Хантером на людях. И не ошиблась. Рыжая сестрица с вызовом сложила руки на груди:
— Добрый вечер, дорогая моя! — пропела чересчур тонким голоском Вирджиния, демонстративно игнорируя её компанию. — Смотрю, развлекаешься? Выглядишь чудесно!
— Привет, кузина, — растянула она губы в фальшивой улыбке. — Не знала, что ты будешь тут, — искоса посмотрела на Хантера, ожидая его реакции, которая была совершенно однозначной: стиснутые челюсти и раздражённое шипение:
— Вспомни дерьмо…
— Не с тобой говорят, огрызок общества! — неожиданно зло рявкнула Вирджиния, и тут же схватила Гвен за запястье: — Идём, милая, попудрим носики без лишних любопытных ушей. Я с мамой, она подождёт.