— 34 недели, ответила Катя.
— Ребёнок живой, срочно в машину её! Мужчина помогите нашему санитару спустить носилки, — обратилась она к впавшему в оцепенение Сергею.
— Да, я помогу, конечно! — спохватился он.
— Вы, Сергей Борисович не торопитесь хвататься за носилки. Вам придётся пройти с нами к машине, а потом проехать в отделение на освидетельствование.
— Ребята, пусть поможет, тем более что всё равно же нам вниз по пути спускаться, — попросила доктор сурового инспектора. Не волнуйтесь, я думаю, он не сбежит ни куда. А нам каждая минута сейчас дорога, нужно ребёнка спасать!
С тяжёлым сердцем Ирина возвращалась в квартиру. Настежь распахнутая дверь встретила жуткой тишиной и беспорядком в прихожей. Пустые ампулы и лужа крови на полу напоминали о недавно произошедшей трагедии.
Ирина села на стул, вспоминая последние минуты, когда она провожала взглядом огни исчезающей в темноте машины скорой помощи. Слова Кати вновь и вновь, как лезвие ножа впивались в сердце — «Никогда, никогда тебе этого не прощу!» Ирина сидела молча, взявшись руками за голову. Хотелось плакать, но слёз почему-то не было. Вот и пришло время расплаты!
Всю ночь Катя дежурила у входа в реанимационное отделение, а утром ей сообщили страшную новость, которой она больше всего боялась — её сестра, не приходя в сознание, скончалась. В экстренном порядке было произведено кесарево сечение и ребёнка Даши спасли, но шансов на его дальнейшее восстановление практически не было. Малыш глубоко не доношен и сейчас находится под пристальным наблюдением в отделении детской реанимации.
Не раздумывая, Катя решила найти Виктора и рассказать ему о случившемся. На поиски ревнивого «Отелло» ушёл день. Только к вечеру удалось раздобыть адрес его съёмной квартиры. Оказывается, Даша не очень охотно делилась с сокурсницами подробностями своей личной жизни. Многие девушки, даже не догадывались о её беременности. И только в общежитии, соседки по комнате, хорошо знали не завидную ситуацию Даши. Случившаяся накануне трагедия не оставила их равнодушными и они постарались сделать всё возможное и не возможное, чтобы выяснить адрес, где совсем ещё недавно их подруга жила счастливой семейной жизнью.
В подъезде было темно, только где-то между третьим и четвёртым лестничным пролётом, тускло горела лампочка. Почти на ощупь Катя поднялась на нужный этаж и постучала в дверь. Открыли не сразу, в глаза больно ударил свет. В комнате было сильно накурено, под потолком висело облако сизого дыма. Наверно уже давно здесь хорошо не проветривали. Широкоплечий, высокий парень, мутным взглядом встретил Катю и кажется, очень обрадовался её визиту:
— Дашка! — в следующее мгновение он изменился в лице, и попятился назад, будто увидел что-то «из ряда вон выходящее» и как-то неуверенно произнёс: — Ты кто?
Катя поняла, что в первые секунды, он, вероятно, подумал, что это Даша и обрадовался ей, а потом что-то заставило его засомневаться.
— Может быть, ты впустишь меня в квартиру?
Парень пристально разглядывал незнакомку — наверно хотел убедиться, что это не Даша, потом молча развернулся и пошёл на кухню.
Судя по шаткой походке, парень был не трезв. Катя не решалась войти в квартиру, но пересилив свой страх, шагнула за порог, прикрыв не до конца за собой дверь. Повсюду на полу валялись какие-то вещи, а на окне и под столом стояла гора пустых бутылок. Видно хозяин квартиры уже несколько дней беспросветно пил.
Волнение и дрожь мешали говорить, Катя собралась с силами и произнесла:
— Меня зовут Катя, я сестра-близнец Даши, — она немного помолчала и добавила: — Дашки больше нет, её сбила машина. Сегодня утром, не приходя в сознание, она умерла, — девушка не сдержалась и заплакала.
— Что?! — Виктору показалось, что он ослышался.
— Даша погибла, её сбил на машине мой отец, — всхлипывала Катя.
Виктор на мгновение застыл, а потом схватился за голову:
— Этого не может быть! Даша! О Боже, за что! Ты говоришь не правду! Она же ждала ребёнка! Как это произошло? Когда? — он подскочил к Кате.
Катя почувствовала, как холодеет её сердце от страха и закрыла глаза. На долю секунды ей показалось, что Виктор хочет разорвать её на части. Он нервно метался на кухне, затем подошёл к стене, прислонился и заплакал:
— Это, я, я виноват! Дашенька, прости меня! — хрипел он.
— Мы позавчера с ней познакомились. Она рассказывала мне о тебе, — Катя замолчала, ей показалось, что Виктор не слушает её, а потом добавила: — Она очень тебя любила…