— Нет, это не Рита! Вы что, хотите, чтобы я опознала свою подругу? Рита жива, я это точно знаю, просто нужно найти то место, где она может сейчас скрываться.
— Посмотрите, пожалуйста, внимательно. Я понимаю, вам неприятно, но мало ли. Эта девушка у нас как неопознанная уже третий день лежит в городском морге.
Даша вновь взяла фотографии. На одной из них лицо было снято крупным планом. Она всматривалась в эти застывшие безжизненные черты, но ничего общего не находила. Если бы следователь не сказал, что это вообще девушка, то она вряд ли об этом подумала. Снимок был просто шокирующим, скорее похожий на мистическую восковую маску для очередного фильма ужасов. К тому же плохое качество делало его более устрашающим и неправдоподобным.
— Нет, это не она, — неуверенно ответила Даша.
— Снимок не очень хорошего качества, и, конечно, вы можете ошибиться. Давайте, чтобы окончательно быть уверенными, мы свами проедим в морг.
— Нет! Я не поеду, только не туда!
— Не волнуйтесь, это не займёт много времени, но зато у вас не будет сомнений, что ваша подруга жива. Соглашайтесь, нам просто необходима ваша помощь.
— Я ужасно боюсь, всего этого, но если нужно, так и быть — поехали. Скажите, а что с этой девушкой? От чего она умерла?
— Передозировка наркотика. У неё в крови нашли большую дозу амфетамина. МДМА, — произнёс он сложное название по буквам, будто Даше это о чём-то говорило. — Так называемый клубный наркотик. К тому же, она приняла его с большой дозой спиртного. Безнадёжная ситуация.
— Почему она это сделала? Может быть, не знала, что доза большая?
— Нет. Я думаю, знала и приняла умышленно.
— Не понимаю, зачем? Она же так молода.
— Да, вы правы, ещё вся жизнь впереди, — следователь сделал небольшую паузу, а потом продолжил. — Незадолго до смерти девушку зверски изнасиловали, думаю, это и могло послужить поводом к сведению счётов с жизнью.
Сердце Даши сжалось, она проглотила подступивший ком к горлу и с трудом произнесла:
— Поехали, поехали скорее.
На краю территории городской больницы, стояло неприметное деревянное, одноэтажное здание, вот к нему и подъехал милицейский Уазик. Даша вышла из машины, волнение настолько овладело ею, что она почти ничего кроме биения своего сердца не слышала. Как во сне, она следовала за медицинским работником в помятом белом халате. Затем ей сказали подождать и медработник куда-то исчез. Она стояла в маленькой комнате, стены которой, от потолка до пола, были покрыты голубой плиткой. В центре стояло несколько металлических столов, на одном из них лежал чёрный резиновый шланг, вода тонкой струйкой сбегала вниз и ровным потоком текла в небольшое отверстие в полу. В воздухе неприятно пахло каким-то лекарственным препаратом. Даша закрыла нос ладошкой. Послышалось дребезжание колёс, показалась каталка, накрытая простынёй. Санитар небрежно подтолкнул свой груз рукой, проехав немного по инерции, каталка остановилась почти у самых ног Даши. Девушка замерла от напряжения, в голове стучала только одна мысль: Это не Рита!
— Постарайтесь не волноваться! Соберитесь, — следователь коснулся её плеча.
От неожиданности Даша вздрогнула и на мгновение перестала дышать. Сердце бешено колотилось в груди. Она молча кивнула головой.
Санитар поднял простынь, и Даша увидела измученное застывшее лицо девушки — это была Рита.
Прошло уже две недели, а Даша всё никак не могла свыкнуться с мыслью, что Риты больше нет. Когда вечером за стеной хлопала дверь у соседей, первым желанием хотелось выбежать и посмотреть, вдруг это Рита? До сих пор она ждала её возвращения. Наспех наброшенное на кровать покрывало и несколько учебников с тетрадями лежали в таком же нетронутом порядке, как и оставила их подруга. Казалось, вот-вот вернётся хозяйка и продолжит готовиться к экзаменам.
Виктор приходил теперь каждый день, они молча сидели до темноты, потом Даша провожала его до вахты, обещая больше не плакать. Но не плакать она не могла, почему-то всё время перед глазами стояло измученное и окаменевшее лицо Риты, потом красная крышка гроба и равнодушная физиономия рабочего, заколачивающего гвозди, умело и быстро. А спустя полчаса, рядом с незнакомыми могилами, вырос ещё один холмик, такой же молчаливый и одинокий, неизвестный никому из обитателей этого шумного и большого города. Жизнь по-прежнему кипит, все куда-то спешат, бегут, торопятся жить, тратя бездумно драгоценное время. Совсем не замечая, как минуты и часы незаметно и безвозвратно уходят в прошлое, и что сегодня рядом с ними уже кого-то нет. Даша всё время думала об этом, душе не было покоя. На похоронах Риты были однокурсники и то не вся группа. Даже родная мать не приехала, других родственников попросту не было. Даша чувствовала большую обиду за свою подругу, на душе было разочарование и горесть. А вскоре на место Риты заселили первокурсницу, весёлую симпатичную девушку, которая с радостью бросилась обживать предоставленный уголок. Вовсе не брезгуя воспользоваться вещами предшественницы.