08:21
Я и не заметила, как быстро стрелка подползла к этой цифре, настолько была увлечена мыслями о Юлиане, квартире и маме. Маме, квартире и Юле. Мой персональный Бермудский треугольник.
Я покинула стены кондитерской до того, как прибыла Инга, предварительно вымыв посуду и включив сигнализацию, а так же отправив маме СМС с просьбой не волноваться о том, что меня не оказалось дома в столь ранний час, хоть, по сути, он уже не являлся таковым.
Город вовсю кипел жизнью, когда я брела в сторону набережной, глазами выискивая мини-кофейни, дабы влить в себя очередную порцию кофе. И именно тогда мой смартфон, находящийся в кармане полосатых шорт, достигающих середины бедра, начал свою непрерывную вибрацию, но я не собиралась отвечать на звонок. Слышать его виноватый голос – последнее, что я хотела на тот момент своей жизни. Жизни, которая все больше напоминала отстойный бразильский сериал.
08:49
Разместившись под раскидистой пальмой на лавочке в парке, я надвинула на глаза солнцезащитные очки и начала хлебать эспрессо из бумажного стаканчика, лениво наблюдая за открывающимся пейзажем: пляж и бесконечное море. Первое активно заполнялось отдыхающими. Так же, как и парк. И моя лавочка.
- Привет, - раздалось почти возле уха.
Наткнувшись взглядом на слащавую улыбку, сальные волосы и шорты с гавайскими танцовщицами, я молча встала и побрела дальше под звуки отборной брани.
09:16
Мои планы на сегодняшний день разбились вдребезги, когда сонный голос Нины сообщил, что его обладательница находилась в Питере у родственников. Так что срочно пришлось искать альтернативу для приятного времяпрепровождения вне стен дома и без участия своих родственников. А она была лишь одна и проживала на извивающемся «Хребте». Туда-то я и отправилась, трясясь в общественном транспорте, что в субботу был набит до отказа.
Покинув салон маршрутного такси, душивший запахами пота и духов, я миновала мостик через узкую речушку и зашла на территорию крупной автомастерской.
- Азалия! – удивленно воскликнул Валентин Степанович, отец Виктора, как только я миновала садик с фруктовыми деревьями, что находился вскоре за зданием ремонтной, и вынул изо рта дымящуюся сигарету. – Вот так сюрприз, - по импозантному лицу расплылась слишком знакомая улыбка. – Утро выдалось на славу.
- Приятно слышать, - я взошла по каменной лестнице и остановилась напротив мужчины, с которого Вик скопировал практически все: начиная от внешности заканчивая повадками. – Как ваши дела? Судя по виду, цветете и пахнете.
- Это твоя прерогатива, девочка, - Валентин взъерошил завидную для его возраста шевелюру, которую давным-давно окропила седина. – Кофейку? Или может что посущественнее? Надеюсь, ты сюда не только помахать лапкой заглянула.
- Можно и посущественнее, - в подтверждение словам желудок издал урчание. – Очень соскучилась по вашим тостам.
- М-м-м, - мужчина затушил сигарету в стеклянной пепельнице, что стояла на трехногом столике рядом. – Как же я могу отказать такой обворожительной барышне? - подмигнув мне, Валентин отворил дверь, впуская в жилье, что уже давно не видело женской руки.
Я никогда не расспрашивала Вика о его маме, предполагая, что для него данная тема была болезненной. Знала только, что она бросила сына и мужа, а после пропала. С тех пор Валентин Семенович, видный мужчина с золотыми руками, воспитывал сына самостоятельно. И, должна сказать, результат его стараний был хорош. Порой даже слишком, что заставляло ощущать себя несколько виновато, сидя на кухне в деревенском стиле, пока хозяин дома готовил гавайские тосты, из-за коих в свое время я забавы ради согласилась стать его женой.
- Так значит, Витя со вчерашнего дня в курсе, что ты вернулась, - перевернутые куски хлеба зашипели на раскаленной сковороде. – Как он мог утаить от меня настолько важную информацию? Я оскорблен.
- Смею предположить, что побоялся конкуренции, - я вдохнула восхитительный запах, желудок скрутило от нетерпения.
- Отличное предположение, - один из тостов лег на полупрозрачную серую тарелку и был поставлен передо мной, готовой захлебнуться собственной слюной. – Всегда говорил, что ты далеко пойдешь.