- Ладно, - слово просвистело на выдохе. – Но если он захочет, чтобы я ушла, действовать на нервы не стану.
- Не захочет, - убежденности матери в собственной правоте можно было только позавидовать.
- Посмотрим, - оставила я последнее слово за собой и распахнула деревянное полотно.
Юлиан по-прежнему лежал под одеялом, когда я зашла, безмолвно сетуя на сложившуюся ситуацию, которая больше напоминала западню. Разумеется, нельзя было винить в этом брата, который заболел по причине снижения иммунитета, но от осознания данной истины легче не становилось. Лишь сложнее, потому что мне отчаянно хотелось прижать его к себе, как бывало раньше, и говорить какую-нибудь ерунду, пока брат не уснет. Только вот все изменилось безвозвратно. Изменились мы оба.
- Я же сказал, что хочу побыть один, - раздался недовольный хрип, стоило опуститься на край кровати. – Мам, пожалуйста, уйди.
- Ее здесь и нет, - отозвалась я и даже сквозь одеяло почувствовала, как напряглось тело Ю.
- Тебя здесь тоже быть не должно, - проговорил брат, только уже менее уверено и высунул голову из своего укрытия.
- Знаю, но…
- Так иди! – выдал он с усилием и начал вздрагивать от спазмов. – Иди к своему Виктору. Или же к Брендону. Мне все равно. Лучше бы ты вообще не возвращалась.
Что-то внутри меня оборвалось, вызывая моральную боль, которую я заслужила. Мало того, я же и стремилась к сказанным словам. Разве нет? Отчего же тогда душа заметалась, словно птичка в клетке, беснуясь против такого исхода? Оттого, что ей было нужно совсем другое, за что она была близка к получению билета на вечную экскурсию в царство Аида.
- Если ты хочешь, я уйду, - пришлось умолкнуть и зажать губу меж зубов, чтобы хоть немного прийти в себя.
- Сделай милость, - практически прорычал брат, неотрывно смотря куда-то в стену. – Мне не нужна твоя жалость. Мне не нужна ничья жалость.
- Будто ты не знаешь, что я никогда не испытывала по отношению к тебе жалость, - чуя подступающие слезы, я поднялась на ноги сделала глубокий вдох, который, скорее, получился судорожным. – Что угодно, но только не жалость.
Юлиан промолчал. Я же, чтобы не разревется у него на глазах и не создать еще больше проблем, удалилась прочь и закрылась в своих апартаментах, которые еще раз стали немыми свидетелями моих самобичеваний.
***
Я проверяла его через каждые полтора часа, просыпаясь под будильники, что давалось все труднее, в том числе, из-за постоянного недосыпа. Когда спальню наполнила очередная трель, все, что я могла сделать – громко застонать и перевернуться на спину, а после перестать дышать от ощущения постороннего присутствия.
- Все нормально, - сказал ночной гость тихонько и положил мою ладонь на свой теплый лоб. – Чувствую себя лучше. Так что отключай эти противные будилки, и давай поспим.
- Юл…
- Ш-ш-ш, - не дал брат закончить и прижался всем своим вытянутым телом, обвив мою талию одной рукой. – Сделаем вид, что это сон. Сон, в котором мы мирно спим. Спокойной ночи, Оззи. Люблю тебя, малышка.
Я открыла рот, чтобы начать возмущаться, но поняла, что на данное не было ни сил, ни желания. Так что вскоре дивный «сон» поглотил меня целиком, окутав коконом неповторимой нежности.
ПЯТНАДЦАТЬ
Наконец-то! Пора осенних каникул настала, и я, окрыленная, спешила домой, чтобы показать брату дневник с оценками, которые получила час назад.
- Аза, это ты? – позвала мама, по обыкновению орудующая на кухне, когда я случайно хлопнула входной дверью.
- Ага, - скинув ботинки, я заглянула в помещение. – А я получила четыре в четверти по геометрии!
- Умничка! – гордо заулыбалась мать и положила ложку, которой помешивала что-то в кастрюле, на блюдце. – Беги скорее к Юлу. Хотя, стой, - проведя ладонями по фартуку, женщина потянулась в шкафчик за кружкой. – Отнеси ему чай с лимоном. А сама выпей таблеточку для профилактики. Мы же не хотим провести все каникулы с температурой? Да и проследи, чтобы Юлиан тоже лекарство выпил.
- Хорошо, - сбросив на пол сумку, я быстро избавилась от пальто.
В комнате брата было довольно мрачно из-за стоящей за окном непогоды и недавно начавшегося дождя, что все настойчивее хлестал по стеклам. Оставив поднос на столе, на коем были разбросаны тетради, книги и вырезки из журналов, я подошла к кровати и посмотрела на Юла, который за последние несколько дней только и делал что спал, делая мои будни однообразными и скучными.