Я не смогла продолжить. Все существо прошиб пот, а руки вцепились в плечи парня, от чего он, не переставая «пытку», коснулся большим пальцем крайне чувствительной точки.
- Да,- вырвалось само собой, а пальцы на ногах поджались. – Я… почти…
Зачем? Зачем я говорила это, вместо того, что вырваться и понестись прочь? Из дома, из города. Обратно в Англию. Все равно. Но вместо этого я отмечала, как простыня подо мной становилась влажной. Я слышала свои же всхлипы. Я хотела забрать то, что предлагал Юлиан. И забрала.
Оргазм был настолько сильным, что я зажала рот рукой, только бы не закричать, в то время, как тело извивалось и вздрагивало от неконтролируемых волн.
- Детка, - услышала я довольный шелест. – Моя девочка.
А вместе с тем пелена, что затуманивала действительность, спала, обрушив лавину, что грозила похоронить под грузом стыда.
«- Омерзительно.
- Ужасно.
- Они же брат и сестра.
- Какой удар.
- Побойтесь Бога!
- Это противоестественно.
- Горите в Аду.
- Грех!
- Невозможно.
- Молитесь о спасении души!».
- Оззи, - прошептал брат испугано, когда я заревела навзрыд. – Оз! Оз, посмотри на меня! Поговори со мной! Оззи!
Но я продолжала утыкаться в подушку.
Чтобы он ни собирался сказать – бесполезно. Ничего не исправить. Мы перешагнули черту, за которую заступать было нельзя. Никогда.
ВОСЕМНАДЦАТЬ
Эта ночь обещала быть одной из самых тяжелых в моей жизни. Ведь она находилась рядом. В комнате через коридор, в которой еще недавно находился и я. Чертов ублюдок, снова не удержавший руки при себе.
Лежа на постели, я тупо рассматривал череп, расползшийся по потолку. Только бы не смыкать глаз, потому что неминуемо видел Оззи. Оззи, что стонала мое имя, вздрагивала, билась от удовольствия и так сильно сжимала мои пальцы внутри, что будь там не они…
Боль неудовлетворенной похоти объяла пах, заставляя перевернуться на бок и подтянуть колени к груди, но хватило десяти минут, чтобы сдаться, вернуться на спину и сомкнуть веки.
«- Боже, - ее бедра приподнялись, впуская меня еще глубже. – Юлиан. Пожалуйста. Пожалуйста…».
Пожалуйста…что? Прекрати? Не останавливайся? Предпочитаю думать, что второй вариант, пусть он и менее вероятный.
«- Да,- вырвалось у нее, а ногти сильнее впились в мои плечи. – Я… почти…
После этих слов, сказанных с придыханием, мне начало казаться, что срыв был неминуем, но, сжав зубы до скрипа, я продолжил двигать пальцами…».
Громко сглотнув, я начал то, к чему прибегал неоднократно, не в силах выдерживать давление, что смачными затрещинами било по голове. Вкупе с навалившейся простудой это была гремучая смесь.
Долго возиться не пришлось, а вместе с облегчением накатила ярость. На себя. На Оззи. На весь смердящий мир.
Почему? Почему мы родились в одной семье? Как же я накосячил в прошлой жизни, если Бог, при условии, что он существовал, создал между мной и моей второй половиной родственную связь? А Оззи была именно моей второй половиной. Без нее я представлял лишь демо-версию, проживающую дни без цели и смысла.
Чертов однолюб и сопливый романтик.
Выйдя из ванной в чистых трусах, я стянул с кровати покрыло и хотел было рухнуть, но слух уловил хлопок и шаги.
«- Что? Быть того не может? Куда она собралась в час ночи?!».
Ответ напрашивался сам собой.
- Оз! – горло объяло пламя. – Оззи!
Но сестренки и след простыл, так что мне ничего не оставалось, кроме как ринуться к окну ее спальни. Окну, из которого улица была как на ладони.
Меня замутило, как только взгляд наткнулся на тачку Виктора. А затем и на Азу, садящуюся в нее.
Нет… После того, что произошло недавно между нами… После того, как была пересечена точка невозврата… она позвонила Виктору? Лощеному козлу, которого я не мог переносить на дух с самого первого дня знакомства. С той секунды, когда из уст Оззи вылетело его имя. Все потому, что он был лучше меня. Лучше во всех, мать его, смыслах.