- Понятно, - усмехнулась она странно, а я застыл.
Неужели?..
- Мне показалось, что ночью кто-то заходил ко мне, - прошлось ножом по сердцу, оставляя в коллекции очередную рану. – Я решила… Наверное, всего лишь сон, - Оззи махнула рукой, словно избавляясь от наваждения. - Ладно. Хорошего тебе дня.
- И тебе.
Я проводил взглядом ее удаляющуюся фигуру, а затем грубо выругался одними губами, ударил по рулю до боли в запястье, резко выехал из гаража, захлопнул ворота с противным лязгом и выжал газ до отказа, оставляя на асфальте следы от шин.
***
Сказать, что я был не в духе – тактично промолчать, чего я уж точно не собирался делать, когда увидел, во что Генрих превратил мою задумку по поводу ниши в стене. Благо, мне удалось предотвратить другую накладку, которая бы подпортила интерьер основательно.
Хочешь, чтобы было хорошо – делай сам. Истину, которую я зарубил на носу давно и именно поэтому был против вмешательства посторонних лиц. Никто не мог притворить в жизнь мои идеи. Никто не мог заглянуть в мою голову и увидеть готовую картинку. И любые объяснения были откровенно пустой тратой времени.
После раздачи четких указаний рабочим в письменной форме, после которых у меня заныла рука, я отправился в небольшой и старый ювелирный магазин, чтобы забрать свой заказ, упакованный в кофейную коробочку с нежно-розовыми крапинками. По торцам проглядывался бежевый растительный орнамент.
Потянув за конец ленты идентичной по цвету с россыпью точек, я снял верхнюю часть упаковки и увидел два серебряных украшения, которые роднили цветы азалии оттенка фуксии с бесцветными фианитами в центре и зелеными маленькими листами по бокам, а именно подвеску и кольцо. На первой с внутренней стороны была гравировка: ты во мне. Банально до абсурда, зато правдиво.
Далее пришла очередь самого сложно и опасного действа – встречи со Славой, которая без шуток смотрела так, словно хотела закопать заживо.
- Извини, - состроил я невинную морду и протянул ее любимое мороженное со вкусом «трюфель» в молочном шоколаде.
Приняв лакомство, девушка отодвинулась от двери и прошла вглубь квартиры. Рядом с ноутбуком, что стоял на кухонном столе, располагалось несколько пустых чашек. Похоже, подруга работала с раннего утра.
- И как? – спросил я, присаживаясь на один из двух стульев рядом с дверью на балкон.
- Если ты о работе, то практически закончила создавать обложку для нового романа Марьяны Шведской, - Славия взяла одну из чашек и сполоснула под проточной водой, чтобы плеснуть себе сока из пакета. – Будешь? – я сморщил нос. – Как знаешь. Вот. А если ты про личную жизнь, то вчерашняя ночь была одной из лучших в моей жизни. И она вполне могла стать лучшей, если бы кое-кто не пропал.
Я виновато вздохнул и закусил нижнюю губу так, что кольцо пирсинга оказалось меж верхних зубов.
- Ладно, проехали, - не стала подруга долго дуться. – Все равно мое настроение может испортить только, - она задумалась, - ничего. Потому что вчера, - Слава заулыбалась как маленькая девочка, которой вручили большой леденец. - Тебе лучше не знать, а то слюнями от зависти захлебнешься.
Я фыркнул и протянул руку, требуя мороженое назад, но девушка показала средний палец.
- Это ты цацки гони. Забрал же?
- Забрал, - буркнул я и достал коробочку из кармана дымчато-серых бермуд.
- Неплохо, - вынесла вердикт мой ангел; поддев кулон ногтем, она приподняла его и прочитала надпись. – О-о-о, - изобразила фиолетоволосая зараза приторное умиление. – Сейчас потеку.
- Сучка.
- Ты прямо мистер оригинальность, - вернув упаковке прежний вид, Славия водрузила ее на столешницу и потянулась. – Мог бы и что-нибудь новенькое придумать. А вообще скажи мне, глупостей часом не натворил? А то ж я тебя знаю.
- Нет. Вроде.
- Так вроде или нет? – девушка сделалась серьезной вмиг и нависла надо мной, напоминая карающий меч.