Когда я вернулась домой, он по-прежнему встретил тишиной и непривычной пустотой, в которой мои шаги звенели насмешкой. Они же привели на второй этаж в родные стены, где я подключила к планшету док-станцию и мышь, чтобы влезть в Скайп. Из всего листа в сети находил лишь один человек. Он-то и был мне нужен. Единственный, кто знал обо всем.
- О, Иисус! – появилась на экране угловатая физиономия Брендона, который явно провел прошедшую ночь без сна в окружении своих приятелей; криво усмехнувшись, он затянулся, хотелось бы думать, сигаретой. – Вы только посмотрите, кто на связи. Это же самая горячая штучка, которую я когда-либо имел. Прошу, скажи, что ты вернулась.
- Не вернулась, - отозвалась я глухо, из-за чего веселье слетело с лица бывшего словно с яблонь дым, а черные глаза пристально посмотрели в объектив камеры, пытаясь поймать мой взгляд.
- Рассказывай, - вынес Брен свой вердикт и, затянувшись еще раз, затушил окурок в банке из-под содовой. – С моим двойником дела обстоят совсем плохо?
- Не называй его так, - попросила я в который раз. – Еще нужно разобраться кто чей двойник. Тем более, что ты младше.
- К сути переходи, - поторопил он и водрузил на нос прямоугольные очки, в которых смотрелся довольно забавно.
- Суть в том, Брен, что я запуталась. Я больше не понимаю, чего хочу. Что правильно, а что…
- Стоп, - перебил меня парень и подергал себя за серьгу в левом ухе. – Мы уже выясняли, что ты прекрасно понимаешь, чего хочешь, детка. Иначе, твои ножки никогда не раздвинулись перед таким, как я, - поморщилась от его формулировок, но мистеру Фултону до того не было никакого дела. – А вот то, что правильно – вопрос другой и спорный. Правильно для кого? Для тебя или социума, который уничтожает на корню все то, что считает «инородным»?
- На словах все звучит куда лучше, - я обхватила себя руками. – Но жизнь не кино. Отмотать назад не получиться, если что-то пойдет не так.
- Может быть, ты уже скажешь, что произошло?
- С самого моего приезда все пошло не так. Юлиан, потом Виктор. Я повела себя как дура. Хотела держаться от него подальше. Хотела, чтобы у каждого была своя жизнь, но ни черта не вышло, зато мы чуть не переспали, - я быстро заморгала и подавила истерический смешок. – А потом я снова призналась себе, что люблю его и прочитала те сообщения, что он слал. Зачем? Без понятия, - я посмотрела на Брендона, слушающего меня с лицом заправского психолога. – Он хотел уйти из жизни Брен. Из-за меня! От одной только мысли, что он мог умереть, я хочу послать всех и вся…
- Так пошли и позволь себе уже быть счастливой! Потому что мы живем один раз. Во всяком случае, при данном теле и уме. Так зачем портить себе жизнь? Зачем вгоняться в рамки нашего прогнившего общества, всех этих праведников и моралистов, которые по ночам мастурбируют на малолеток или же взахлеб смотрят порно, завидуют и проклинают, лицемерят и унижают, изменяют и лгут без остановки, при этом молясь Господу за обеденным столом. Лучше быть честным с самим собой, а не пытаться корчить кого-то другого, потому что рано или поздно все кончиться плачевно для вас обоих. Я это говорил и говорю еще раз. Если любишь – говори и будь с ним. Валите из города, страны, континента, если ты уж так трясешься о предках. Пусть они живут своими иллюзиями, а вы тем, что имеете. Кто знает, как оно сложиться, но вы и не узнаете, если не попробуете, а после будете жалеть об упущенном. Такова человеческая натура, упираться до последнего, чтобы потом ныть в три ручья, - высказавшись, Брендон глотнул что-то из бутылки. – Ты хотела мое мнение – получила. Что с ним делать – решать тебе. А теперь, детка, мне пора, - он обернулся, - потому что я жесть как опаздываю на смену, - я вновь увидела его лицо, схожесть с Юлианом поражала меня всегда. – Рад был услышать. Ты не пропадай. Если сдашь заднюю – возвращайся. Место в моей кровати для тебя всегда нагрето, - Брен подмигнул, я же фыркнула.
- Спасибо, учту.
Разговор прервался. Свернув окно, я переместилась на кровать и укрылась простыней с головой, желая одного – провалиться в глубокий сон, чтобы хоть ненадолго забыться и немного перевести дух. Что ж. Высшие силы услышали меня, и через пару минут я отключилась, чтобы проснуться в районе десяти вечера и услышать шум, раздающийся снизу.