– Да. Но тебя это не касается. Иди, я сказал, – буквально по слогам процедил Архонт.
Да как это, блядь, не касается? Касается, очень даже касается!!!
– Что с ним? – я в панике сделала несколько шагов по направлению к нему и замерла, получив еще один испепеляющий взгляд.
– Равана, – предостерегающе почти прорычал Кай.
– Отвечай! – закричала я.
– Какого хрена ты притащила сюда свою задницу и еще смеешь спрашивать меня о том, что случилось? Какого, мать ее, хрена ты опять натворила, Равана? Какого, я тебя спрашиваю, ты наговорила ему? Ну, что глаза выпучила? Иди к Аарону, живи с ним долго и счастливо, этого же ты так отчаянно хотела?
От этого наезда мой подбородок форменно задрожал, а ком в горле разросся до масштабов вселенной. И не от обиды, не подумайте. А от того, что он оказался чертовски прав. Я своими короткими перебежками и нелогическими поступками уже даже Каина Аттер-Нуаро умудрилась вывести из себя. Но черт возьми, Ас не относится ко мне серьезно и никогда не относился, в его жизни и постели, помимо меня, всегда были другие женщины. Всегда!!! Я своими собственными глазами видела доказательства. И ладно бы еще он сделал это, поддавшись эмоциям, однажды, потому что понял, что меня уже не вернуть. Так нет! Он перечпокал, наверное, добрую женскую половину населения Саттома пока типа ждал моей милости, а потом, перебравшись на Ра-Кратос принялся и за местных девиц.
Миллиарды мыслей в моей голове проносятся вихрем, вычищая туман и агонию прошедших событий. Где? Что? Как? И, самое главное, почему Архонт именно меня винит сейчас во всех грехах?
Но, Святой Космос, я должна была узнать, что происходит.
– Кай, пожалуйста, – взмолилась я и одинокая слезинка все-таки сорвалась с моих ресниц. Мне было страшно, я от чего-то очень сильно испугалась за этого распроклятого демона.
Один суровый взгляд и очень глубокий вздох, для того чтобы успокоиться. Да, Архонт и сам, наверное, от себя не ожидал, что спустит на меня всех собак.
– Морт прошел регистрацию на смертельную инъекцию и ему было одобрено, Равана.
Испуганный жалобный всхлип…
Что? Пожалуйста, пусть это будет просто глупая шутка!
Глава 51
Я в полнейшем ступоре примерно минуту таращусь на Каина и вообще не понимаю, что сейчас такое творится вокруг меня. А когда до моего воспаленного сознания все же доходит весь ужас происходящего, то моментально в моей голове всплывают мои последние к Морту слова, что я в шоковом состоянии ему бросила в лицо, сбегая после нашего скоропалительного рандеву:
«Убери метку, Морт! Мне плевать как ты это сделаешь, ясно? Если для этого нужно, чтобы тебя не стало, то, значит, так тому и быть».
Твою ж мать, вот я клиническая идиотка!
– Так какого черта мы еще здесь? – святые небеса, у меня сейчас от паники глаза на лоб вылезут, а он еще время нашел со мной тут пререкаться и отчитывать. Бежать надо! Спасать этого дурака!
– Мы? Я лично жду пока ты вернешься к своему жениху. Мельтешишь тут, мешаешь сосредоточиться, – отмахивается от моих слов Архонт.
И вот как раз на этом эпичном моменте в комнате нас становится трое. Аарон. Только его мне для полного счастья и не хватало.
– Любимая, что-то случилось? – участливо, но как-то уж слишком приторно спрашивает золотой, так слишком, что меня уже воротит от этого его слащавого тона.
– Каин, пожалуйста, – уже почти умоляю я сама не понимаю, о чем, абсолютно не обращая внимания на несостоявшегося жениха.
– Святой Космос, Равана, – рычит Архонт, – Ас удаленно блокирует мои способности, я не могу прыгнуть к нему порталом прямо здесь и прямо сейчас.
– О чем вы толкуете? – подходит ко мне Аарон и пытается обнять за плечи, но я не даю ему этого сделать. Только глупых обжиманий мне сейчас и не хватало.
– Сколько у нас есть времени? – в ужасе хватаюсь я за голову, по-прежнему не обращая внимания на присутствие Вартэнлоса.
– Не знаю, от силы, час или чуть более, – почти про себя бормочет Архонт и кидает в мою сторону настороженные, пропитанные неприятием, взгляды.
И только я собираюсь покинуть дом и расправить свои сапфировые крылья, чтобы лететь к Морту и спасти его дурную башку от непоправимого шага, как Аарон все-таки разворачивает меня к себе и требовательно спрашивает:
– Любимая, – на этом слове меня форменно перекосило, – может быть ты все-таки объяснишь мне, что происходит?