— Наташ, давай без сцен. Мы с Инной уведём Серёжу, а вы поговорите, — Никита чувствовал царящее в воздухе напряжение, потому и предложил самый оптимальный вариант.
— Нам не о чем с ним говорить, — слишком резко ответила молодая женщина и вырвала руку из захвата.
— Есть, о чём и о ком, — решительно возразил Кирилл, а затем улыбнулся сыну. — Сынок, ты иди с тётей Инной и дядей Никитой, а мы с мамой пойдём, за мороженым тебе сходим.
— Ему нельзя мороженое, у него горло больное, — повела плечом Наталья, язвительно посмотрев на Кирилла.
— Сынок, мы купим пирожное, хочешь? И сок! Какой ты любишь?
— Апельсиновый!
— Апельсиновый. Папа тоже такой любит. Мы скоро, — Кирилл погладил по головке сына и, схватив растерянную Наталью за предплечье, потащил к выходу на улицу.
Девушка едва поспевала за размашистым шагом мужчины, стараясь не привлекать к ним внимание. И только когда они вышли в сквер перед зданием, её прорвало:
— Отпусти меня! Да что ты о себе возомнил?! Ты мне всю жизнь искалечил! Если бы не Серёжа, я давно бы себе вены порезала!
Наталья вновь, как и семь лет назад колошматила здоровенного мужчину, вкладывая в удары всю боль, что накопилась за все эти годы. А он что? Кирилл встал на колени и, прислонившись лбом к её лону, обнял девушку.
— Прости, — прошептал он. — Я знаю, что нет мне прощения, но всё же — прости.
Так хотелось раскаяться за все свои грехи. Кирилл всегда помнил её печальные глаза, когда они последний раз виделись, её взгляд не давал заснуть. Как разбил в кровь кулаки, узнав, что его обманули. Деньги на операцию не перевели, а ему пригрозили заведением уголовного дела. В результате тётка быстро угасла. Через информаторов, он узнал, что изнасилование было заказано самим женихом. И что Наташа была не единственной жертвой афёры лже-комерсантов. После возвращения домой, Наташу никто не видел, она словно канула в лету. Где он её только не искал! Но кто же знал, что брошенная девочка безвылазно жила в своём отделении, денно и нощно даря свою доброту страждущим больным.
Да, он заслужил все её упрёки. Она имела на это право. Бедная девочка взвалила на себя тяжкий труд выжить самой и вырастить их сына. И теперь, когда он их обрёл, просто обязан, как мужчина, оградить от всех зол этого мира. И не важно, что у них с «мелкой» не было даже намёков на романтические отношения. Сейчас Наташа и Серёжа были для него самыми родными на земле.
С того самого момента, как Кирилл сделал Наташу своей, он не должен был её отпускать. Ведь чувствовал, что это его женщина. Но… Сколько в жизни людей этих всяких «но». Так всегда: люди натворят дел, а потом расхлёбывают. Господь даровал Кириллу возможность исправить свою ошибку, и он будет дураком, если не использует этот шанс.
— Прости.
«Прости» — такое короткое слово. Сколько раз она его прощала? В школе, после выпускного, когда была выгнана из дома, когда ловила сочувствующие взгляды на себе, «беременную невесть от кого», когда ночами не спала над плачущим или больным ребёнком, когда засыпала от усталости над конспектами, когда услышала первое слово «папа», вместо долгожданного «мама». Да сколько этих «когда»? Ведь прощения у неё никто даже не просил, а она прощала. Прощала, потому, что влюбилась в несносного хулигана, а потом попыталась забыть с рыжеволосым красавцем. Прощала, когда продался за деньги и обесчестил её. Прощала всю жизнь, потому, что любила. Любила его продолжение в их сыне. Любила. Ни за что. Просто любила.
— Прости.
Маленькие женские ручки легли на густую копну тёмных волос и прижали к себе.
— Ты обещал сыну купить пирожное.
О, этот голос! Без злости, без упрёков. Такой чарующий и ласкающий слух.
Кирилл поднял голову и посмотрел на Наташу. Такая молодая, красивая — уже имела тонкую прядку седых волос. Ещё так рано, но ведь не от хорошей жизни? Тёмные синяки под глазами от постоянного недосыпа. Эта маленькая хрупкая женщина была сильнее его. И этой силе только бы поучиться.
Кирилл поднялся с колен и склонился к Наташе. Когда между их губами оставались считанные миллиметры, тонкие пальчики возвели преграду.
— Не сейчас, мне всё ещё больно.
Конечно, сейчас не время, но он постарается заслужить её любовь и доверие. А пока бывший хулиган сжимал в объятиях хрупкую девчушку, что запала в его сердце ещё со школы, и всей душой радовался их воссоединению.