По коже бегут мурашки.
Адреналин в крови зашкаливает.
Стараюсь не делать ни единого движения, будто этот хищник может так просто потерять ко мне интерес.
Не потеряет.
Вздрагиваю, когда Ильдар проводит кончиком языка по шее.
Вытягиваюсь, словно струна.
Закрываю глаза.
Чувствую запах алкоголя вперемешку с парфюмом. Вчера от него пахло так же. Горьковато терпким, ему подходит.
К своему стыду понимаю, что недавнее насилие превращается в сладкую пытку.
Прямо сейчас я ловлю себя на мысли, что не хочу, чтобы Ильдар останавливался.
Мне страшно от этого и волнительно. Я словно теряю способность управлять собой. Меня будто парализует.
Все еще держа мои запястья в своих ладонях, Юсупов спускается вниз по моей шее, оставляя влажную дорожку.
Ощущаю на коже его дыхание, и едва ощутимое касание языком.
Все ниже и ниже…
Острее чувствую вспыхнувшее удовольствие глубоко в животе, которое знакомо мне по снам и фантазиям.
Губы Юсупова перемещаются на тонкую ткань сорочки, и я задыхаюсь, как только они находят мой затвердевший сосок.
Дыхание становится рваным.
Пытаюсь сомкнуть колени, но ничего не выходит. Я лишь ощущаю, как через ткань штанов Юсупова мне в промежность упирается твердый член. Еще немного и он прорвет ткань.
У меня начинает кружиться голова, а от калейдоскопа чувств и эмоций темнеет в глазах.
Я много раз представляла себе, как лягу с Ильдаром в постель в тайне от папы и отдам ему всю себя. Мне казалось, что я готова к этому. Но реальность оказывается куда суровее.
Юсупов беспощадно терзает мой сосок через ткань сорочки: слюна холодит кожу, когда он отстраняется, а потом обжигает, как только он обрушивается на него вновь.
Все тело напрягается от навязчивого желания отдаться мужчине.
Ильдар отпускает мои запястья.
Одна его рука перемещается на вторую грудь: мнет ее, теребит чувствительную вершинку.
Тело наливается свинцом.
Не могу двигаться, не могу сопротивляться.
Плавлюсь патокой. Предаю себя и свои убеждения.
Близость этого мужчины творит со мной что-то непонятное.
Пытаюсь прийти в себя.
Пытаюсь затолкать возбуждение как можно подальше, но не могу.
Не понимаю, что происходит.
Внизу живота тянет от возбуждения.
Ильдар кусает меня и вскрикиваю.
Тяжело дыша, отстраняется, будто я криком привожу его в чувства.
Смотрит на меня диким, чуть обезумевшим взглядом и тяжело дышит, по-прежнему стоя между моих ног. Будто принимает решение, что делать со мной дальше.
А меня отбрасывает куда-то далеко-далеко от собственных принципов. Будто кто-то нажал кнопку «выключить ненависть» в моем мозгу.
Вижу, как Ильдар тяжело сглатывает.
Делает шаг назад, затем другой.
Меня накрывает волной холода и безразличия.
Чувствую себя наскучившей и брошенной.
– Уходи, – хрипло произносит и отворачивается.
Сглатываю ком в горле и медленно приподнимаюсь на локтях, рассматривая его спину.
Кусаю губы.
Прогоняет.
Пронесло?
Наверное, радоваться надо, но мне на душе противно от самой себя.
Я ведь едва сама не отдала себя убийце.
Прикрываюсь руками. Спрыгиваю со стола и поспешно бегу прочь, спиной чувствуя тяжелый мужской взгляд.
Убегаю, словно он уже мной попользовался.
Хотя, в каком-то смысле так и есть.
Я сдалась.
Пошла на поводу у чувств и эмоций.
А как же ненависть? Как же она?..
Поспешно поднимаюсь к себе и закрываю дверь.
Припадаю к ней спиной и медленно сползаю на пол.
Я разбита.
Я опустошена.
Малолетняя шлюха.
Чем я лучше тех девиц из борделя?