– Эдвард, я давно хотела сказать, что люблю вас, – промолвила она, прижимаясь к его такой надежной, такой крепкой груди.
– Но я же не мог читать ваши мысли, – улыбнулся сэр Эдвард. – Порой вы казались такой далекой. И еще вы очень юны. Лорд Бактон – человек стальной воли. Я удивлен, что он не приготовил для вас подходящей пары.
– Нет. Ему я была ценнее незамужняя, – горько ответила Новелла. – Ему кажется, что теперь, после смерти мамы, он сможет заполучить мои деньги. Зачем ему вводить в игру соперника?
– Новелла, мне нужно сказать вам еще что-то крайне важное, – промолвил сэр Эдвард, усаживая ее обратно в кресло перед камином.
– Что, мой дорогой?
– Вы ведь знаете, что меня не интересуют ваши деньги? Я сам богат – спасибо завещанию отца – и не имею желания становиться хозяином Краунли-холла.
– Милый, я знаю это! – горячо воскликнула Новелла, сжимая его руку.
– Хорошо. Но, я думаю, вам сейчас нужно отдохнуть. Вы выглядите слегка уставшей. У вас был очень непростой день.
– Да, вы правы, – вздохнула Новелла, ибо, несмотря на все радостное возбуждение, порожденное обретенной любовью, она действительно падала с ног от усталости.
– Вам приготовят комнату… Теперь ступайте. Увидимся завтра утром.
Сэр Эдвард нежно поцеловал ее веки и позвонил горничной, чтобы она провела Новеллу наверх.
Он поднялся с нею по лестнице и там снова поцеловал.
– Спокойной ночи, милая моя, – прошептал он. – До завтра. Сладких снов.
– И вам, – прошептала Новелла.
– И не забывайте, вы больше не одиноки. Теперь я с вами, и вашему отчиму придется противостоять еще и мне.
Новелла улыбнулась, все еще не веря в то, что ей посчастливилось обрести любовь такого человека, как Эдвард.
«Папе и маме он бы наверняка понравился», – подумала она, наблюдая за тем, как горничная откидывает одеяло на кровати и проверяет, достаточно ли в кувшине воды.
«Как я надеюсь, что они сейчас смотрят на нас и благословляют».
Эта мысль успокоила ее.
Как ни была возбуждена последними событиями Новелла, а заснула она сразу. И спала так крепко, что не заметила, как промелькнула ночь.
Горничная раздвинула шторы и впустила в комнату поток искрящегося солнечного света. Вытирая глаза, Новелла подумала, не приснилось ли ей все то, что произошло вчера вечером.
После такой чудовищной полосы невезения все это казалось похожим на сказку.
Но как только она вошла в столовую и увидела сэра Эдварда, такого взволнованного, такого возбужденного, ей стало понятно, что все это был не сон и не фантазия.
Подбежав к ней, он взял ее руку и несколько раз поцеловал.
– Дорогая моя, как спалось?
Любовь и забота в его взгляде ошеломили Новеллу.
– Я заснула, как только легла, – призналась она, не отпуская его руку. – А сейчас у меня проснулся волчий аппетит.
– Жан-Шарль приготовил жаркое из рыбы и риса. Хотите?
– С удовольствием! Спасибо.
Новелла села за стол, а сэр Эдвард сам взял со стола тарелку и поставил перед ней. Отстраненный таким образом от своих обязанностей дворецкий взирал на него со стороны с безмерным удивлением.
– Чем займетесь этим утром? – участливо поинтересовался сэр Эдвард.
– Как только поем, поеду в Холл, – ответила Новелла, уплетая аппетитное блюдо. – Хочу найти тот тайник, о котором говорил мистер Румбольд. Я уверена, что лорд Бактон уже обыскивает дом в поисках остатков маминых украшений.
– И вы по-прежнему не хотите, чтобы я поехал с вами?
Новелла растерялась. Это было очень привлекательное предложение, ибо она догадывалась, насколько тяжело будет снова встретиться лицом к лицу с отчимом, и все же понимала, что должна это сделать сама.
– Да, – после долгого молчания произнесла Новелла. – По-другому нельзя.
– Если я вам понадоблюсь, я тотчас приду на помощь.
«Да! – захотелось крикнуть Новелле. – Да! Идемте со мной». Но она понимала, что это только все усложнит. Ей не хотелось, занимаясь поисками тайника, привлекать к себе внимание.
– И еще нам нужно пока держать предстоящую помолвку в тайне, – негромко произнесла она, понимая, что подобная новость, скорее всего, произведет настоящий фурор.
Но условности ее мало интересовали. После похорон мамы она без малейших угрызений совести сделает объявление.
– Согласен, – сказал сэр Эдвард, вставая из-за стола. – Я пойду распоряжусь, чтобы вам приготовили экипаж.
Новелла отправилась к себе, собрала вещи в старую тканую сумку, которая когда-то принадлежала сестре сэра Эдварда, и приготовилась к поездке домой.