— Он здесь! — прокричал маг, указывая на Пророка. — Невидимость!
Гвардейцы открыли огонь из магических ружей, выпуская сгустки энергии, которые с шипением прорезали воздух. Яркие вспышки озарили тайную залу монарха, заставляя тени танцевать на стенах. Пророк едва успевал уворачиваться, его движения были быстрыми и точными, словно он был частью этого танца смерти.
«Нужно выбираться отсюда», — мелькнула мысль.
Заметив небольшое окно под потолком, Пророк создал ледяную стрелу и метнул её, разбив стекло. Затем, используя телекинез, он подбросил себя вверх и протиснулся в узкий проём.
Пророк оказался в каком-то техническом коридоре. Позади слышались крики и топот преследователей. Он побежал, сжимая в руке украденный кристалл.
Коридор вывел его на крышу дворца, где холодный ветер трепал волосы. Ночной Петербург раскинулся внизу, освещенный мягким светом уличных фонарей. Город казался загадочным и таинственным, словно ожившая картина из старинной сказки. Пророк почувствовал, как его сердце забилось быстрее, а глаза жадно впитывали каждый уголок этого величественного зрелища. Он стоял на краю крыши, ощущая себя частью этого волшебного мира, где реальность переплеталась с фантазией. Вдруг он услышал нарастающий гул, словно рой невидимых насекомых. Звук становился все громче и отчетливее, и вскоре из-за горизонта появились магические летательные аппараты. Их яркие огни мерцали в ночи, как звезды, спустившиеся с небес.
«Похоже, придётся импровизировать», — усмехнулся он, оглядываясь в поисках пути к спасению.
Внезапно дверь на крышу распахнулась, и оттуда неожиданно выбежал сам император в сопровождении охраны.
— Стой! Паскуда… Верни чужое! — прогремел голос монарха. — Тебе некуда бежать!
Пророк обернулся, глядя в глаза человеку, которого должен был убить. На мгновение время словно остановилось.
«Что ж, — подумал Пророк, — кажется, пришло время для по-настоящему безумного поступка».
С этой мыслью он сделал шаг назад, срываясь с края крыши в бездну петербургской ночи.
Пророк падал, ветер свистел в ушах, разрывая барабанные перепонки. Город внизу стремительно приближался, превращаясь в размытое пятно. Огни сливались в одно сияющее море, переливающееся всеми оттенками белого, золотого и алого. В последний момент он сосредоточился, закрыв глаза и отпустив все мысли. Его разум погрузился в безмолвную пустоту, где не было места страху и панике.
Он создал вокруг себя плотный кокон из воздуха, используя телекинетическое воздействие. Энергия струилась через его тело, вырываясь наружу в виде невидимых волн. Эти волны сплетались в плотную оболочку, защищающую его от падения. Пророк чувствовал, как воздух вокруг него становится густым и плотным, словно он погружался в вязкую жидкость.
Каждый атом его тела был напряжен до предела, готовый разорваться от усилия. Но он не останавливался, продолжая удерживать кокон, пока не достиг земли. В момент приземления его ноги подогнулись, и он рухнул на землю, но кокон смягчил удар, позволив ему остаться целым. Удар о землю был сильным, но смягченным телекинезом. Пророк перекатился, окончательно гася инерцию, и вскочил на ноги. Вокруг уже собиралась толпа зевак, привлеченных шумом падения какого-то там благородия.
— Взять его! — раздался сверху голос императора.
Пророк бросился бежать, расталкивая людей. Он свернул в узкий переулок, перепрыгивая через мусорные баки и разбросанные ящики. Позади слышался топот преследователей и крики:
— Стоять! Именем Императора!
«Как будто это может меня остановить», — усмехнулся про себя Пророк.
Выбежав на большую улицу, Пророк увидел проезжающий мимо трамвай на магической тяге. Не раздумывая, он бросился к нему, игнорируя удивлённые взгляды прохожих. Трамвай, словно почувствовав его решимость, начал ускоряться, издавая тихий мелодичный звон. Пророк ловко подпрыгнул, ухватившись за поручень на ходу. Ветер развевал его волосы, а сердце бешено колотилось в груди. Он знал, что это единственный шанс скрыться от погони, которая не собиралась отставать. С каждым мгновением трамвай уносил его всё дальше, оставляя позади преследователей.