— Мистер Сандерс, оставайтесь здесь. Если она там, мы освободим ее и приведем к вам, — требует полицейский, стоя за машиной с пистолетом наготове.
Голос через громкоговоритель разрезает воздух.
— Даниэллла Киллоран, это Департамент Полиции Лос-Анджелеса. Просьба выйти с поднятыми руками, — кричит он. Входная дверь открывается, и рыжеволосая девушка выходит, поднимая ладони над головой и щурясь. Двое полицейских подбегают к ней и прижимают ее голову к земле, а руки заламывают за спину. Другие вбегают в дом в поисках Кэт. Я вижу самодовольное маленькое лицо. Увидев меня, она хмурится.
— Уилл, я люблю тебя! — кричит Даниэлла.
Я пытаюсь судорожно открыть дверь машины, но у меня ничего не получается.
Пожалуйста, блин, пожалуйста, просто позвольте мне попасть внутрь, я должен увидеть ее... обнять ее.
Полицейский подходит к моей двери и открывает ее. Я выхожу и бегу в сторону Даниэллы, но он хватает меня за руку и останавливает.
— Где она? — ору я на Даниэллу, которая смотрит на меня затуманенным взором.
— Мистер Сандерс...
— Даниэлла, где она? Клянусь Богом, если ты причинила ей боль...
— Мистер Сандерс...
— Кэт? Кэт, ты там?
— Уилл, — кричит полицейский, привлекая мое внимание.
Я поворачиваю голову, тяжело дыша. Он тянет меня обратно.
— О, Боже, она? — спрашиваю я, и паника проходит сквозь меня.
— Нет, нет. Внутри ее нет. И у подозреваемой есть алиби. Она была вот по этому адресу целый день. Кэт не здесь, Уилл. Даниэлла не трогала ее.
— Тогда где она, черт возьми? — ору я.
— Мы не знаем.
Я роняю голову себе на руки.
— В доме Даниэллы мы нашли достаточно улик, чтобы выставить судебный запрет против нее.
— Ну да ладно, сейчас это очень полезно, не так ли? — говорю я с сарказмом. — Простите, я просто...
— Я знаю. Послушай, Уилл, мы все в поисках миссис Сандерс. Мы найдем ее.
Мой телефон пищит — пришло сообщение с неизвестного номера. Я открываю его и вижу фотографию Кэт. Она лежит практически голая на операционном столе. Я начинаю задыхаться, когда вижу этот ужас. Моя любимая жена наручниками прикована к столу за запястья и лодыжки, и у нее во рту кляп. Я падаю на колени и плачу, закрыв лицо руками.
— Уилл, что случилось? — спрашивает полицейский, наклоняется и поднимает мой телефон с земли. Он смотрит на фотографию на экране, а затем пролистывает дальше.
— Уилл, ты видел адрес внизу фотографии? — спрашивает меня полицейский.
Я смотрю на него мокрыми от слез глазами и качаю головой. Поднявшись, я забираю телефон у полицейского и смотрю на текст под картинкой. И мое лицо искажается от бешенства.
Наш ребенок готов появиться на свет,
приходи и познакомься с нашими новорожденным малышом, Уилл.
Я люблю тебя, обнимаю и целую
3003 Дорога Руньон Каньон
Горы Санта-Моника
Национальная Зона Отдыха
— Давай, поехали, — говорит полицейский, открывая мне заднюю дверь машины. Затем зовет остальных. Все садятся в свои автомобили, кроме двух полицейских, оставшихся собирать улики против Даниэллы.
Мы уезжаем к Голливудским Холмам с включенными мигалками и сиренами. Я не могу справиться с неистовой паникой и слезами, пока мы едем к этому дому.
Какого черта я увижу, когда мы доберемся туда? Кто, на хрен, делает это с нами, и что произойдет, если мы опоздаем?
Слезы снова текут у меня по лицу. Я буквально в ужасе от того, что, возможно, найду, когда мы туда доберемся. И впервые в своей жизни я начинаю молиться про себя. Боже, пожалуйста, помоги моей жене и нерожденному мальчику.
~ K Э T ~
Она держит скальпель острием вверх, глядя на него с трепетом. Это какая-то чертова сумасшедшая. Я извиваюсь на столе, когда скальпель прикасается к моему животу, и внезапно меня парализует страх.
Дерьмо, дерьмо, дерьмо, мне нужно мысленно подготовиться к предстоящему... О Боже, она действительно собирается сделать это.