― Уилл, на самом деле это не смешно, ― я ускоряю свой шаг по направлению к трейлеру.
― Уилл? ― зову я, но он не отвечает. Я пытаюсь повернуть ручку двери трейлера, но замок закрыт, а ключи у Уилла, и меня выводит это из себя.
― Уилл, ну же, это не смешно, ― я тяну и дергаю дверь, пытаясь открыть. Внезапно слышится чье-то глубокое дыхание. Я поворачиваюсь, но все, что мне видно ― лишь кромешная тьма. Мое сердце начинает бешено стучать, когда я всматриваюсь в эту черную пустоту. Мне кажется, что дыхание становится тяжелее, и тут раздается крик. Я, в свою очередь, тоже начинаю кричать. Мой пульс зашкаливает. Я поворачиваюсь и начинаю лихорадочно дергать дверь вагончика.
Я слышу тяжелые шаги позади себя. Слезы начинают заполнять мои глаза. Раздается громкий стук, будто кто-то по чему-то стучит на некотором расстоянии. Рука падает мне на плечо. Я кричу и отпрыгиваю оборачиваясь, чтобы увидеть того, кто позади меня. Я отталкиваю крепкую фигуру передо мной, но не могу увидеть, кто это. Внезапно, частично включаются прожекторы, ослепляя меня, и я слышу, как кто-то смеется. От бешеного скачка адреналина в крови меня начинает бить дрожь. Я щурю глаза от света, и затем мне удается рассмотреть лицо передо мной… это Олсен.
Чертов псих. Блин, я на самом деле начинаю испытывать неприязнь к этому придурку.
― Попалась, ― говорит он громко и смеется мне в лицо. Мое настроение резко меняется, и я переполняюсь яростью, когда понимаю, что это он провернул такую жестокую шутку надо мной.
Как вообще он попал на студию?
Я чувствую, как мое лицо становится пунцовым. И этот момент очень напоминает сцену из мультфильма, когда от ярости дым валит из ушей. Олсен продолжает смеяться, пока мои глаза привыкают к яркости огней. Я вижу, как Уилл подходит и смотрит на меня с озабоченным выражением на лице.
- Эй, кретин, ты можешь прекратить смеяться? ― рявкает он на Олсена. Затем подходит ко мне и притягивает к себе. Я не могу унять дрожь, и, как только моя голова прижимается к груди Уилла, слезы начинают литься по моим щекам.
― Все хорошо, детка. Он вел себя как идиот. Ты в безопасности, ― говорит он, пытаясь успокоить меня.
Я чувствую себя глупо от этой тупой выходки.
Стоп, Уилл тоже был замешан в этом?
― Ты знал об этом? ― я смотрю на него, чувствуя, как во мне опять закипает гнев.
― Нет, он затолкал меня в передвижной туалет и закрыл там. Мне пришлось колотить в дверь, чтобы выбраться. Я вышел как раз в тот момент, когда увидел, как он выхватывает тебя лучами прожектора, ― объясняет он.
― Олсен, ты гребаный придурок, ― выкрикиваю я.
― Господи, это была всего лишь шутка. Развеселить людей, ― говорит он, выключая яркие огни, и подходит к нам. Все еще продолжая одной рукой крепко обнимать меня, Уилл достает ключи из кармана штанов, открывает дверь трейлера и включает свет. Мы заходим, я сажусь на краешек кровати, Уилл подходит к маленькому барному холодильнику за содовой, и Олсен идет за ним.
Олсен свистит от изумления, наклоняется и что-то поднимает с пола.
― Хмм, интересно, что же произошло с этими симпатичными маленькими трусиками? ― спрашивает он, размахивая по кругу моим разорванным светло-голубым кружевным нижним бельем.
У меня отпадает челюсть, и глаза расширяются, когда я вижу, как он держит эту часть моего туалета. Уилл выхватывает их с силой из рук Олсена и, качая головой, смотрит на него тяжелым взглядом.
― Что? Они валяются на полу на обозрение. Кэт всегда хотела, чтобы я увидел ее трусики, не так ли, Кэт?
Честно говоря, не думаю, что он мог бы быть мне более отвратителен, чем прямо в этот момент.
― Правильно, все верно. Убирайся. Вон. Отсюда. Немедленно, ― орет Уилл так громко, что я подпрыгиваю. Затем он толкает Олсена к двери.
― Ладно, ладно, я буду хорошо вести себя, ― говорит Олсен, пытаясь выхватить мои кружевные трусики из кармана пиджака Уилла. Уилл прихлопывает его своей рукой, и Олсен довольно громко смеется.
Уилл подходит и протягивает мне содовую, затем садится рядом на край кровати.
― Это было абсолютно неуместно, чувак. Больше так никогда не делай, или я вздерну тебя. Если ты не уважаешь Кэт подобным поведением, значит, ты не уважаешь меня.
― Ладно, да. Извини, Кэт. Эй, Уилл, такое чувство, будто я не видел тебя целую вечность. Что происходит? ― спрашивает он.