Что же, я предусматривал подобный сюжет, но всё было ещё хуже. После того, как мне казалось, что я уже был на дне, я внезапно обнаружил, что был ещё глубже, чем полагал. Толща воды надо мной закрывала небо. Я буквально сам себя утопил. В этот раз даже некого было обвинить. Даже оправдание вроде того, что я был под кайфом, было слишком уж ничтожное в этом случае. Я и сам чувствовал себя ничтожным.
— И то, что ты был не в себе, лишний раз подтверждает, что произнесенное тобой было истиной, в которую мне не хотелось верить, — голос девушки надломился. Чувство вины обострилось. Своими острыми концами оно вонзалось в мои внутренности, заставляя те кровоточить, разрушаться изнутри. Внутри меня застряло сожаление, которое я не мог выразить словами.
— Это неправда. Я думал, ты не придешь. Думал, ты одурачила меня. Я был зол, и это не больше, чем порыв, потому что ты значишь для меня гораздо больше… — на выдохе произнес я, когда Джо продолжала смотреть на меня стеклянными глазами. Казалось, она не понимала значения моих слов, смена букв которых превращала их в банальное, приторно сладкое и скудное «Я люблю тебя», которое я не решался произнести, хоть и имел это в виду. Вдруг слезы хлынули вниз по её щекам, когда выражение лица оставалось непроницаемым. Она была подобна кровоточащей статуе, позволяя соленому дождю омывать щеки, касаясь невесомо губ. Казалось, Джо и сама не заметила, как начала плакать, пока горько не улыбнулась, прикоснувшись тыльной стороной ладони к лицу, умывая его слезами.
— Прости, это глупо. Я чувствую себя такой глупой, — девушка запрокинула голову назад. Я поднялся с места и в два шага приблизился к ней. Обнял её, прижав к себе. Благо тому, что она не сопротивлялась, сдавшись передо мной. И я почувствовал влагу сквозь толстовку, и как её тонкие руки неуверенно обхватили меня.
— Прости, я не хотел тебя ранить.
И она сорвалась. Её руки сжались в кулаки, оттягивая ткань моей толстовки. Всё её тело сотрясалось, когда я гладил девушку по спине с жутким осознанием того, что это я довел её до этого состояния. И, наверное, Джо не была так уж безразлична ко мне, как я мог полагать, если я заставлял испытывать её подобное.
— Рей умер, — я едва сумел расслышать произнесенное девушкой, когда она по-прежнему была прижата лицом к моему животу. И я опустился на корточки перед ней, заставив посмотреть мне в глаза и повторить это ещё раз. — Рей умер.
Похоже, дело было не только во мне. Наверное, по большей мере, не во мне. Или именно смерть любимой собаки добила её окончательно? Дело было во многом.
И я поднялся с места, чтобы поставить чайник, а затем сел рядом с Джо, взяв обе её руки в свои. Мы сидели молча, слушая завывание ветра на улице, прерываемое редким шмыганьем носа девушки. Её голова покоилась на моем плече, и мы оставили всё в прошлом, словно вся эта история случилась не с нами. И мне стало намного спокойнее.
— Ты давно виделась с Райаном? — ненароком спросил я, осознавая в ту же секунду, как же неуместно это должно было звучать.
— Фредерик, пожалуйста, не начинай, — протянула девушка и поднялась с места, чтобы сделать нам чай. Я молча наблюдал за ней, выжидая ответа. — Я видела его позавчера. Скорее всего, он меня не заметил, потому что прошел мимо, не обронив и слова, даже когда я кивнула ему при встрече, — Джо пожала плечами, мол ничего особенного в этом не было. Как по мне, это было странно, хотя, наверное, так даже было лучше. Не было поводов беспокоиться, но меня не покидало беспокойство, граничащее с манией. Я решил оставить это на потом.