— Так, мы возвращаемся? — я сложил руки на груди, став перед девушкой. Элла недовольно посмотрела на меня, ожидая совершенно иного ответа, что должен был скорее мотивировать её, чем разозлить.
— Да, идем, — сдалась она и ударила меня в плечо, проходя мимо. В этом была вся Элла.
Я посеменил за сестрой. Она набрала скорость, но, к счастью, я был выше неё ростом, а потому удачно поспевал за ней без лишней спешки. Резко притормозив у входа в главный зал, девушка задержала дыхание. Я не стал торопить её в этот раз, поэтому стал оглядываться по сторонам, изучая большие фотографии с представлений, что как нельзя лучше раскрывали такие важные, но мало замечаемые детали, в которых и была та неосязаемая человеческим разумом сполна сила искусства. Мне нравилось то, что я видел, и внутри вдруг появилось сиюминутное желание увидеть это вживую. Хотя бы одно представление. Стать прототипом главного героя, который хоть и не был бы мной, но всё же отображал бы привычки, незамечаемые мной, в грустных монологах вывернул бы мою душу наизнанку, освободив от тяжести бремени, стал бы тем, кем я боялся стать.
У меня пересохло в горле, стоило лишь задуматься об этом на короткое мгновенье. Элла же уняла внутри себя борьбу и толкнула вперед двери. Услышав их скрип, я вернулся в реальность и ступил вперед вместе с сестрой.
Похоже, мы нарушили репетицию. Небольшая группа актеров сидели на полу, поджав ноги, и читали по очереди реплики. По смущенному выражению лица сестры я понял, что это был её текст. Она даже не оглянулась на меня, полетев вперед, как бабочка на свет. Режиссер-постановщик, женщина с чудной прической в мешковатой одежде, сразу заметила её. Поднявшись с места, она шагнула навстречу девушке, поставив репетицию на паузу.
Я сел чуть поодаль сестры, оставаясь, тем не менее, на виду. Элла с женщиной-режиссером, о которой позже я был достаточно много наслышан, чтобы запомнить на всю жизнь, что её имя было «просто Бэт», уселись в глубинке зала, подальше от посторонних ушей. Я чувствовал себя сторожевым псом, оставленным во время прогулки у магазина, привязанным к дереву. Элла время от времени оборачивалась ко мне, словно убеждалась, оставался ли я на месте, а я утешающе ей улыбался, мол «куда я могу подеваться».
— Она твоя девушка? Так мило, что ты пришел её поддержать, — я переглядывался с Эллой и не заметил, как возле меня появилась одна из актрис, явно не смущаемая тем, что мы были незнакомы. Она появилась будто из ниоткуда, и у меня едва сердце из груди не выпрыгнуло из-за её неожиданного появления.
Она не стала ждать приглашения и уселась рядом, поджав к себе ноги. Я оглянулся вокруг, удостовериться не шутки ли ради она затеяла этот разговор, как удостоверился в том, что эта птичка отбилась от стаи. Никто не смотрел в нашу сторону, будто и вовсе нас не замечали. Кто пил кофе из стаканчиков (заметив у выхода столик с кофе-машиной, мне и самому захотелось немного выпить, чтобы взбодриться), кто просто о чем-то разговаривал, кто перечитывал наново сценарий.
— Очень милая история. Она о вас? — никак не унималась девушка, привлекая моё внимание.
— Я её брат, — прочистив горло, ответил. В ответ девушка нахмурилась, состроив грустную рожицу, что за секунду озарилась яркой улыбкой. Я улыбнулся краешками губ, пытаясь понять была ли резкая смена эмоций актерской игрой, или же она в действительности была такой незадачливой. И хотя это даже показалось мне милым, отдавало некой искусственностью.
— Да, вы немного похожи, — она стала рассматривать Эллу, сравнивая её черты лица с моими. Было у нас некоторая схожесть, и всё же мы премного отличались даже внешне. Я же стал рассматривать её, пока было время. На хрупкие плечи был наброшен тяжелый грубой вязки свитер, в котором, казалось, она могла утонуть. Короткая юбка оголяла ноги, обтянутые чёрными колготами. Она была похожа на маленького эльфа, с большими карими глазами и оттопыренными ушами, что привлекали больше всего внимания. Темные волосы были собраны в беспорядочный хвост, откуда выбивались пряди, которые она постоянно поправляла, что было тщетно. Все её движения были резкими, будто она и секунды не могла просидеть на месте. — Меня зовут Сидни, — девушка протянула вперед свою маленькую ладонь, спрятанную в длинном рукаве свитера.
— Фредерик, — вырвалось невзначай, как нелепое упоминание о Джо, которая так и не соизволила дать о себе знать. — Прости, Фред. Обычно, меня называют так, — я выглядел совершенно нелепо, из-за чего кровь прилила к щекам.
— Приятно познакомиться. Откуда ты, Фред? — мельком взглянув на Сидни, понял, что она не стеснялась не отводить от меня взгляда. Она полностью развернулась ко мне, заняв мной всё своё внимание.
— Из Хантингтона. Ты навряд ли знаешь, где это.
— И, правда, не знаю. Но я имела в виду, где ты учишься? — улыбка не спадала с её лица, словно её туда приклеили.
— О, в школе. Я учусь в школе. Мне шестнадцать, — похоже, это окончательно расстроило Сидни, заставив её отвернуться от меня. Она опустила голову вниз и принялась рассматривать свои руки, когда я снова смог смотреть на неё.
— Ты выглядишь немного старше, — девушка грустно улыбнулась, мотнув головой в мою сторону. Наши взгляды встретились. Я скучал по Джо. — Мне не намного больше. Мне девятнадцать. Многие считают, что мне очень повезло, что меня сюда взяли, но… Я думаю, они меня ненавидят, — последние слова девушка прошептала, приблизившись ко мне немного ближе. Она кивнула в сторону остальных актеров, что по-прежнему были слишком заняты, чтобы замечать нас. — Это будет моё первое представление. Это уже наша третья встреча, и я… Я не могу найти с ними общий язык.
— Всё, как в школе.
— Да, — едва не воскликнула девушка. — Вся наша жизнь это старшая школа, — она грустно улыбнулась своим словам, будто те несли много смысла. — Я ненавижу это. Не хочешь прогуляться? Ты, наверное, и города ещё не видел, — меня продолжало поражать, как быстро эта девушка меняла настроение. Я не успевал проследить за сменой выражения её лица, голоса и поведение, так ловко она это делала. Это было вроде, как забавно, но в то же время странно. С подобным мне ещё не доводилось встречаться.
— Нет, спасибо. Я не могу, — неловкая улыбка вырвалась вместе с нервным смешком. Я чувствовал себя неуютно рядом с Сидни, но её, похоже, ничего не сковывало, словно я был для неё всего лишь старым другом, встретившимся посреди улицы невзначай.
— Прости. У тебя есть девушка? — она наклонила голову набок, продолжая изучать меня, что заставило поежиться. Я не привык к столь щепетильному вниманию, к тому же со стороны девушки (Дженна не в счет).
— У меня есть Джо, — сорвалось с языка прежде, чем я осознал, насколько глупо это прозвучало. Стало ещё жарче. Щеки горели, голова шла кругом. Я неловко улыбнулся, но Сидни теперь смотрела на меня, как на сумасшедшего, как отчасти и было.
Я не мог долго злиться на Джо. Это было против моей природы. Её образ застыл в памяти, имя засорило мозг, и я никак не мог справиться с этим. Позже я стал думать о том, что Сидни была вполне милой девушкой, хоть и немного странной. Отбросив в сторону разницу в возрасте, она вполне могла бы быть в моем вкусе, если таковой у меня был. Мне не нравились ни брюнетки, ни блондинки, ни рыжие. Я не замечал цвета глаз девушек, мечтая однажды встретиться с ними вновь однажды. Я не предпочитал худышек или пышек, не обращал внимания на грудь или задницу. Мне всё было не важно, если этой девушкой не была Джо. И это вряд ли можно было считать нормальным.