Проспав первую половину дня, чего так и не получилось сделать ночью, я проснулся с мыслью о том, что срочно должен был увидеть Джо. Плевать, если для этого было рано. Она ненавидела меня, и это могло продолжаться вечность, пережить которую у меня не хватило бы ни сил, ни терпения, потому что я должен был убедиться, что девушка была в безопасности, хотелось бы ей этого или нет.
Меня охватило жуткое волнение едва я оказался на пороге её всё ещё убранного к прошедшему празднику дома. Была вторая половина февраля, а дом всё ещё блистал в рождественских огнях, которым здесь уже не было места. И я рассматривал их пустое сияние, упрямо нажимая на кнопку звонка, соревнуясь с упрямством Джо. Её родителей явно не было дома, иначе двери оказались бы открытыми передо мной уже спустя минуту-две, но в то же время я был убежден, что сама девушка была в это время дома, рассмотрев её рассеянную фигуру через большие окна кухни, где она сидела в одиночестве. И всё же прошло долгих пятнадцать минут, прежде чем она сдалась.
У меня перехватило дыхание, когда я наконец-то увидел её. Мы не виделись всего-то около недели, и я не представлял, насколько сильно скучал за ней, пока не увидел. Джо была не в лучшей форме. На плечах висел серый грубой вязки кардиган, в котором она куталась, как старуха, и пижамные брюки в клетку, подкатанные снизу. Собранные в беспорядочную прическу волосы заслоняли потускневшее лицо. Она обнимала себя, покусывая нервно губы, оставаясь на расстояние вытянутой руки от меня, готовая в любой момент отпрянуть, сделай я хоть один шаг ей навстречу.
— Иди к чёрту, — выпалила девушка, прежде чем сделать попытку захлопнуть перед моим носом двери, что я помешал ей сделать.
— Нам нужно поговорить, — я пытался сохранять тон спокойным, когда внутри всё переворачивалось от одного вида на неё. Всё было ещё хуже, чем я предполагал. — Пожалуйста, позволь мне войти, — вежливо попросил я, придав голосу неестественной мягкости, что и меня немало поразила.
Джо изучала меня ещё несколько минут. Нахмурившись, она проверяла, насколько искренними были мои намерения, и можно ли было мне дальше доверять, после чего сделала правильный выбор, пропустив в дом. Я готов был поклясться на месте, что больше не предам её ожиданий, но знать бы ещё чего она ожидала от меня. Сухих извинений было бы явно мало.
— Чая сегодня не будет, — девушка громко хлопнула дверьми, последовав за мной на кухню, где я расположился за круглым столом семейства Дойлов, будто надеялся стать частью их семьи. Может быть, однажды наши семьи могли бы объединиться.
— Я и не надеялся.
Джо села напротив, наклонив голову вниз, что совершенно не помогло ей скрыть покрасневшие глаза, вокруг которых собралась бессонная синева. Я чуть наклонился над столом, чтобы хотя бы так сократить расстояние между нами, что было бездонным и всепоглощающим. Смотрел на девушку в упор, когда она хлопала глазами, будто пыталась отогнать слезы, за которые мне было стыдно.
— Джо, это всё глупое недоразумение. Я был под действием наркотиков… — я осекся, когда девушка подняла на меня опухшие глаза и вопросительно приподняла брови, словно не понимала, к чему я начал эту объяснительную тираду. Затем ко мне пришло осознание того, что я назвал её тем именем, что звучало в голове, и эта её причуда заставила меня ощутить укол злости. Почему с ней не могло быть просто? Почему она не могла быть простой? — Джозефина, — я протянул через стол руку, чтобы прикоснуться к ней, но она резко отпрянула, словно обожжённая. Я не был и на шаг ближе к прощению. — Чёрт, я даже ничего не помню.
— Зачем тогда пришел извиняться за то, чего даже не помнишь? — в её голосе просачивался яд. Что же, вполне справедливо.
— Я пришел в первую очередь объяснить тебе, какое недоразумение вышло. А затем узнать, что случилось, прежде чем извиняться, — наверное, это звучало слишком резко, потому что я позволил немного повысить свой тон, когда реакция Джо на это была однозначной. Она поджала дрожащие губы и громко шмыгнула носом, прежде чем сделать глубокий выдох.
— Ты окончил с первой частью своего плана? — помедлив несколько секунд, я дал неуверенное согласие. — Ладно, тогда я расскажу тебе всё, как было, а затем ты уберешься отсюда, — с этим я уже не был согласен, но не дал девушке об этом узнать. — Мама попросила помочь ей с отчетом. Мы долго сидели, и я даже не заметила, как опоздала, потому что роботы действительно было очень много, и она была кропотливой. Я написала тебе об этом, как только заметила время и сразу же поспешила домой. Я не успела даже накраситься или сделать прическу. Переодела платье и буквально побежала в школу, опасаясь того, что ты мог уйти. На самом деле, я даже почти была уверена, что ты ушел, — она иронично усмехнулась. — Возле входа я встретила Джемму. Она курила в одиночестве, что показалось странным, но всё же я подошла к ней, чтобы поздороваться, спросить, как у неё дела, но она, кажется, не была так уж рада меня видеть. Джемма сказала, что я опоздала, что я и без неё знала, но когда я спросила, не ушел ли ты, она странно усмехнулась и ещё раз повторила ту же фразу, озадачив меня. Я бегло попрощалась с девушкой, а затем зашла внутрь. Оказавшись в зале, я быстро нашла тебя, хоть и не сразу узнала. Ты танцевал с девушкой, обнимал её, целовал. Это было неловко, но всё же я решила подойти ближе. Ты громко выкрикнул моё имя, обратив на нас внимание других. Девушка рядом с тобой, спросила о том, кто я. Ты снова принялся громко кричать, хотя музыка не была оглушающий: «Никто. Просто подруга», а затем поцеловал её, и это было очень странно. Я отдернула тебя, попросила выйти со мной, чтобы поговорить, но ты крикнул: «Иди к чёрту, Джо! Я устал от тебя». И я ушла.
Что же, я предусматривал подобный сюжет, но всё было ещё хуже. После того, как мне казалось, что я уже был на дне, я внезапно обнаружил, что был ещё глубже, чем полагал. Толща воды надо мной закрывала небо. Я буквально сам себя утопил. В этот раз даже некого было обвинить. Даже оправдание вроде того, что я был под кайфом, было слишком уж ничтожное в этом случае. Я и сам чувствовал себя ничтожным.
— И то, что ты был не в себе, лишний раз подтверждает, что произнесенное тобой было истиной, в которую мне не хотелось верить, — голос девушки надломился. Чувство вины обострилось. Своими острыми концами оно вонзалось в мои внутренности, заставляя те кровоточить, разрушаться изнутри. Внутри меня застряло сожаление, которое я не мог выразить словами.
— Это неправда. Я думал, ты не придешь. Думал, ты одурачила меня. Я был зол, и это не больше, чем порыв, потому что ты значишь для меня гораздо больше… — на выдохе произнес я, когда Джо продолжала смотреть на меня стеклянными глазами. Казалось, она не понимала значения моих слов, смена букв которых превращала их в банальное, приторно сладкое и скудное «Я люблю тебя», которое я не решался произнести, хоть и имел это в виду. Вдруг слезы хлынули вниз по её щекам, когда выражение лица оставалось непроницаемым. Она была подобна кровоточащей статуе, позволяя соленому дождю омывать щеки, касаясь невесомо губ. Казалось, Джо и сама не заметила, как начала плакать, пока горько не улыбнулась, прикоснувшись тыльной стороной ладони к лицу, умывая его слезами.
— Прости, это глупо. Я чувствую себя такой глупой, — девушка запрокинула голову назад. Я поднялся с места и в два шага приблизился к ней. Обнял её, прижав к себе. Благо тому, что она не сопротивлялась, сдавшись передо мной. И я почувствовал влагу сквозь толстовку, и как её тонкие руки неуверенно обхватили меня.
— Прости, я не хотел тебя ранить.
И она сорвалась. Её руки сжались в кулаки, оттягивая ткань моей толстовки. Всё её тело сотрясалось, когда я гладил девушку по спине с жутким осознанием того, что это я довел её до этого состояния. И, наверное, Джо не была так уж безразлична ко мне, как я мог полагать, если я заставлял испытывать её подобное.
— Рей умер, — я едва сумел расслышать произнесенное девушкой, когда она по-прежнему была прижата лицом к моему животу. И я опустился на корточки перед ней, заставив посмотреть мне в глаза и повторить это ещё раз. — Рей умер.