Войдя в холл отеля, на ходу стряхиваю с куртки снег, когда молодая девушка на ресепшене вдруг поздравляет меня с наступающим праздником.
— Спасибо, Вас тоже, — вежливо отвечаю ей и думаю о том, будет ли она работать здесь завтра, в новогоднюю ночь или нет. Надеюсь, что нет.
— Вам нужно что-нибудь в номер? Заказать для вас ужин?
— Да, пожалуйста.
Совсем забыла, что пропустила ужин, да и обед тоже. Девушка продолжала мило улыбаться, видимо, ожидая еще каких-нибудь просьб.
— Спасибо, — наконец, отвечаю ей. Ручки от пакетов уже отдавили все пальцы. — До скорого.
— Ужин принесут через 20 минут.
— Отлично.
К счастью, кабина была пуста, иначе я здорово устала от людей за целый день. В коридоре на этаже то же никого не было. Даже Остина, который всегда каким-то образом оказывался рядом. Интересно, он вообще выходил сегодня из номера? Застыв на месте и глядя в сторону его номера, я несколько колебалась. Какая-то часть меня рвалась пойти и проверить парня, в то время как другая настойчиво требовала не делать этого.
«А что, если с ним опять что-то случилось? Все-таки это мой коллега…» — проносилась в голове одна и та же мысль. Не знаю, какие неведомые силы повели меня к номеру Лоуренса, но через минуту я уже стояла возле его двери.
Удивительно, но по ту сторону было тихо. По полу пробегала тонкая полоска света, значит, он там. Простояв еще пару секунд в ступоре, удаляюсь в свой номер. Теперь что-то невольно заставляет меня думать об Остине.
Я ведь совсем не знаю его. Разве что только что он грубиян, алкоголик и на удивление отличный фотограф. Все время нашего знакомства мы то и дело ругаемся, за исключением того случая в студии дизайнера… Почему он грубит мне, да и вообще всем женщинам (именно женщинам!)? Почему он пьет? Почему стал фотографом? У него есть вообще девушка? Хотя, первый вопрос дает очевидный ответ. Может, у него есть парень? Вряд ли. Остин Лоуренс та еще темная лошадка.
Одно время в офисе ходил слух, что у него было тяжелое детство. Возможно, поэтому он такой… Какой есть. Я стараюсь ко всем относиться нормально, но иногда Остин просто вынуждает меня ненавидеть себя! Я никого в жизни ненавидела так сильно, как его. Наверно, к лучшему, что каждый из нас проведет Новый год в одиночку.
Глава 12
Утро перед новогодней ночью началось лениво. Я позволила себе пролежать в постели до самого обеда, читая книгу и переписываясь с родными. Все активно делились своими планами на предстоящий день, и когда очередь доходила до меня, на помощь приходила белая невинная ложь, вроде «пойду в ресторан», «буду тусоваться с новыми друзьями», «купила билет на новогоднее шоу»… Мне не хотелось, чтобы все жалели меня. Это слишком грустно, а грустнее, казалось бы, уже некуда.
Тем не менее, книга была интересной, и с ней время бежало быстрее, а пижама оказалась самой удобной во вселенной одеждой. Не нужно было носиться по дому с пылесосом, вертеться перед плитой, пытаться отпарить до совершенства платье. Я могла просто лежать целый день и ни о чем не беспокоиться. Хотя, надо признать, нечто внутри подталкивало меня встать и заняться уборкой, несмотря на то, что мой номер и без того был безупречно чист. Руки чесались по привычке, как обычно бывает под Новый год.
«Нет, Хайди, сегодня для тебя „просто“ день» — говорил внутренний голос. Кто бы мог подумать, что мне придется заставлять себя лениться!
Новогодняя ночь наступила быстрее, чем ожидалось. В десять вечера заказала китайскую еду, достала из холодильника купленную вчера бутылку хорошего розового шампанского, зачем-то накрасилась и все-таки надела то новое синее платье. Просто для себя. Все-таки в праздник хочется ощущать себя красивой, несмотря ни на что.
Я выключила свет в одиннадцать вечера, когда за окном стали виднеться толпы людей с бенгальскими огнями и счастливыми лицами. Все они шли на главную площадь, чтобы встреть новый год вместе. Устроившись в кресле возле огромного окна, наблюдаю за всем с искрящимся бокалом в руке с легкой улыбкой на лице. Я рада за всех этих людей. Все они наверняка ждали праздник и приготовили кучу желаний для двенадцатого удара часов.