Так, возьми себя в руки, Хайди, сейчас не до твоей возникшей из неоткуда тахикардии и прочей ерунды.
Автомобиль не успел толком затормозить, когда в него уже запрыгнула перевозбужденная Петти. Один безумный блеск в глазах заменил тысячу объяснений.
— Меня приняли! — Взвизгнула она, бросившись на меня с объятиями. — Сказали, что ни в коем случае нельзя растрачивать мой потенциал попусту, и что я должна немедленно приступить к работе с понедельника. С понедельника, представляешь? Свихнуться можно!
Петти редко ведет себя безумно, но вряд ли сейчас тот момент, когда нужно быть сдержанным. Я снова обняла ее и чистосердечно поздравила, добавив:
— Ты заслужила сестренка.
— Не могу не согласиться, — горделиво кивнула она. — А ты чего такая покрасневшая? Приболела что ли?
Руки машинально коснулись лица. Черт.
— Я в полном порядке. — Нервно улыбаюсь в ответ. Как же не хочется объясняться… — Ну, что, поехали?
— Хайди Шеннон Освальд, — начала сестра, а если разговор начинается именно так, отвертеться вряд ли получится, — я желаю узнать причину твоего состояния немедленно. Что произошло за то время, пока я была на собеседовании?
Я упорно молчала, наивно надеясь, что она сдастся, но интерес Петти только подогревался. В ход пошли догадки.
— Ты опять встретила Остина, и он снова начал шутить свои грязные шуточки?
— Шутить грязные шуточки! — Попыталась поязвить я. Но Пет даже не ухмыльнулась.
— Я буду продолжать, пока ты не скажешь, Хайди Шеннон.
— Прекрати, ненавижу, когда меня так называют…
— Вот и отлично, Хайди…
— Ладно! — Поднимаю руки вверх. — Ладно, сдаюсь. Я просто встретила Гарри Стоуна в кафешке.
На лице сестры отразилось неподдельное удивление. Она приоткрыла рот, затем закрыла его, хлопая длинными наращенными еще перед праздниками ресницами.
— Того самого Гарри Стоуна, который постоянно попадал во всякое дерьмо в школе? — Согласно киваю, стараясь не смотреть на девушку. — В которого ты была влюблена в десятом классе?
— Да! — Моментально вспыхиваю, точно аленький цветочек. Наверно, за целый день у меня пока не было нормального цвета кожи. — Его.
— Вот это да… И как он, изменился или все такой же угрюмый идиот?
— И когда это ты начала выражаться…
— Не увиливай, — перебила Петти. — Рассказывай.
Я набрала полные воздуха легкие, завела машину и выехала со стоянки, надеясь, что вождение позволит мне не смотреть на упертую сестру. Петти продолжала упорно молчать, временами косо на меня поглядывать в ожидании подробностей. Она прекрасно знает, как я ненавижу такое напряженное молчание.
— В общем, мы встретились в кафе, попили кофе, съели пиццу и разошлись. — И все? — поджимаю губы. — Он хотя бы заплатил за тебя?
— Господи, Петс, в каком мы веке живем? — Почему-то ее всегда беспокоили подобные вопросы, чем она очень напоминала мне матушку из какой-нибудь светской хроники. — Я заплатила за нас двоих.
— Кошмар. Как он стал выглядеть хоть?
— Петти!
Я только что обогнала Тойоту, ползущую как улитка и в придачу сигналившую не понятно почему, а тут еще Петти со своими допросами.
— Ну что? Мне же интересно…
— Да, он изменился. Я практически не узнала его.
— Красавчик? — Коварно ухмыльнулась девушка.
Конечно, Гарри стал красавцем. Он и в школе был ничего, но сейчас возмужал, и это сделало из него настоящего похитителя сердец.
— Так, все, я больше не буду отвечать на твои вопросы.
— Но Хайди!
— Бла-бла-бла! Ничего не слышу!
— Вот же противная девчонка! Ничего, надеюсь, в следующий раз мы обе встретим его.
Почему-то в этот момент я мысленно согласилась с ней, понадеявшись на новую встречу с Гарри Стоуном, в которого была безнадежно влюблена еще в десятом классе…
Глава 16. Остин
Особого труда вспомнить причину, по которой Освальд так тщательно избегает меня, не потребовалось. Утром первого января я достаточно долго просидел в кафе, из которого она пулей вылетела в ту же секунду, как только я вошел. Я отчетливо помнил, как пропустил пару стаканов, как сидел на стуле в своем номере, а дальше — обрыв. И все же чем старательнее пытаешься восстановить события, тем больше вспоминаешь. Через час я уже помнил, как ворвался под утро в ее номер, какими оскорблениями фонтанировал и после каких слов она прогнала меня к чертовой матери.