А зачем мы вообще в душе?
Ах, да греемся.
Я, кажется, уже задымился.
Мои ладони скользили по её плечам, спине, ягодицам, растирая и лаская одновременно.
— Согрелась? — спросил я тихо, отрываясь от ее рта.
— Заледенела… местами.
Лукавая усмешка тронула губы, но она тут же прижала их к моей шее, обжигая горячими поцелуями-укусами. Ладони ласкали мое тело. Кажется, она была везде одновременно. Мозги отключились, осталось лишь необратимое стремление доставить ей удовольствие, довести до той же точки кипения, где нахожусь я.
Аккуратно прижав Софи к стенке кабины, стал медленно склоняться, покрывая поцелуями все, что попадалось мнена пути.
Мягкая шейка, горло, плечи.
Я невольно отстранился и залюбовался: тонкие струйки воды падали на ее грудь, стекая ручейками. Я обнял ладонями мягкие округлости, поглаживая сосочки большими пальцами, пока они не превратились в твердые дерзкие бусинки. Они словно молили о поцелуях. Повинуясь их безмолвному, но страстному призыву, мои губы сомкнулись вокруг одного соска, затем скользнули к другому. Софи застонала и я почувствовал, как ее ладошка пробирается вниз к моему члену. Я схватил ее за запястье, забрасывая шаловливую руку себе на шею.
— Сегодня буду хулиганить я.
— Да ты не умеешь, — дразнится.
Ну-ну.
Я раздвинул коленом ее ноги. Пальцы ощутили влажную, горячую плоть.
Она уже готова, но мне мало.
Я легонько коснулся клитора — стон.
Слегка надавил — крик.
Пальцы скользнули ниже, утопая в бархатистой глубине. Софи сжала мои плечи, подалась вперед. Я опустил глаза вниз, любуясь, как она насаживает себя на мои пальцы, отрываясь только чтобы лизнуть ее губы. И опять мне этого было мало. Хочу попробовать ее везде, поставить губами метки на каждой клеточке.
Я опустился на колени, раскрывая свободной рукой мягкие складки.
— Кри-и-ис, — протянула она, когда губы прильнули к твердому возбужденному бугорку.
Я втянул его в рот. Раз, другой. Поднял глаза и увидел, что Софи упирается ладонями в стенки душевой. Голова запрокинута, рот приоткрыт, но звука нет. Кажется, я все делаю правильно.
Продолжая вводить в нее пальцы до самого конца, я начал рисовать круги языком вокруг клитора. Софи заскулила, и я опять стал посасывать, оттягивая ее оргазм.
— Крис, — она схватила меня за волосы, — Пожалуйста…
— Еще чуть-чуть, малыш, — прохрипел я, отрываясь и снова жаля ее языком.
— Я это так не оставлю, — пригрозила она между стонами.
— Прибавь еще вот это, — я облизал пальцы и прижал их к клитору, а языком скользнул внутрь. Двигаясь синхронно, я изводил ее беспощадно, впитывая самый сладостный вкус на свете.
Софи уже почти рыдала.
Я слышал, как ее ладони со скипом скользят по стенкам душевой. Звонкий крик, судороги. Языком ощутил сокращения. Бугорок под пальцами пульсировал. Я дождался, когда ее плоть утихнет, отстранился.
Софи мягко осела на пол, но при этом все еще сжимала мою ладонь между бедер. Она открыла глаза и встретилась с моим дерзким прямым взглядом. Я облизал губы и торжествующе улыбнулся во все зубы.
— Ты мне за это заплатишь, — заявила она, пытаясь восстановить дыхание.
— Обязательно, — я продолжал довольно скалиться, — Назови время и место.
— Здесь и сейчас.
Софи накинулась на меня, душа поцелуем. Я сидел, согнув ноги, а она удобно устроилась между них на коленях. Ее язык танцевал у меня во рту, выделывая сумасшедшие кульбиты. Меня снова повело, разум затерялся на задворках вожделения. Я уже хотел сгрести ее в охапку и переместиться в спальню, как Софи резко оторвалась от моих губ и нырнула вниз. Ее ладошка обхватила член, а вторая крепко сжала мошонку. Я скрипнул зубами и не сдержал стона, когда она обхватила головку горячим ртом. Медленно ее губы стали двигаться к основанию, а язык затрепетал на кончике. Горло напряглось в безмолвном крике, когда она начала скользить губами вверх-вниз. Софи нашла нужный ритм и оттенила его мягкими сжиманиями яичек. Несколько раз она успешно сдерживала меня, сжимая головку губами и языком, не давая разрядиться. Потом она вновь сжала член рукой — и стала ласкать его поочередно: то быстрыми, то томными и медленными движениями.
Я чувствовал, что как только она еще раз коснется меня губами — разрядка неминуема. Не знаю, каким чудом, но мозг включился и напомнил, ради чего мы все это затеяли.
Вовремя. Ее губы опять стали приближаться к головке.