— Жулька, — сказала незнакомка.
Я отдернула руку. Как? Откуда?! Имя моей собаки…
Нет. Это просто совпадение. Глупая кличка, которую девчонке дали друзья.
И всё-таки мне стало не по себе.
Дальше мы шли в молчании. Я готова была броситься к любому прохожему и умолять позвонить. Хоть на «Скорую», хоть куда угодно. Но поздний вечер и проливной дождь разогнали всех по домам.
На троллейбус мы не успели. Следующий так и не приехал, пока мы не дошли до перекрёстка.
То есть не мы, а я и она.
* * *
Эта улица всегда была оживлённей. Не чета нашему сонному болотцу, которое вливалось в ее сверкающую реку. Я уже не обращала внимания на холод, на мокрые пряди волос и мерзкое хлюпанье в кроссовках. Светофор предупреждающе открыл красный глаз. Аптека была совсем рядом, только за угол свернуть.
— Что? Здесь? — Девица — не называть же её Жулькой, в самом деле! — пренебрежительно покосилась в сторону красно-синей вывески. — Это такая же… Здесь одни таблетки и микстуры… Парк!
Я чертыхнулась. И точно, был здесь парк. Прямо за ревущей моторами трассой, где светофоры традиционно ни в грош не ставились. Густой такой парк с разбитыми скамейками, устеленными мусором дорожками и урожаем использованных шприцев по утрам. Как это я раньше не подумала?..
— Пошли! Это аптека! Тут не только таблетки, мази тоже есть!
Призыв не подействовал. Девица рванулась и перемахнула через гранитный парапет над трассой, прежде чем я успела её схватить.
Ну и пускай убирается, наркоманка!..
Руку вдруг прошила боль. В рассеянности я ослабила хватку, сжимая рукоятку поводка. Жулька рванулась, рулетка размоталась до конца, что-то треснуло, и по пальцам резанул оборвавшийся шнур. А собака, отчаянно виляя хвостом, бросилась за незнакомкой.
— Жуля! Ко мне!
Что это — уже проезжая часть?
Перед глазами сверкнули красно-зелёные огоньки, а затем — жёлтые фары-глаза. В тумане засветки промелькнул встрёпанный мокрый хвост, яркое платье взвилось и скрылось за «Газелью». По ушам ударил надсадный вой. Мимо пролетела машина, другая. Из открытого окна заматерились, тупой нос с синеватыми фарами чудом пронёсся мимо, и я заметалась, как заяц. Тротуар был совсем рядом. Наконец какая-то добрая душа притормозила, и я выкатилась на усеянный лужами асфальт.
Парк начинался тут же, без оград и опушек.
Я промчалась мимо круглого киоска с сигаретами и нырнула под сень мокрых веток. Нога поехала на раскисшей земле, я чудом удержала равновесие. Проклятая наркоманка бежала легко, точно издеваясь…
Вдруг жёлтое платье перестало трепыхаться. Я не сразу поняла почему. Она остановилась?
Эта нахалка ждала меня!
— Быстрее! — воскликнула она. — Аптека! Нужно найти аптеку!
— Ты же сама убежала оттуда! Жуля, ко мне! — я выругалась вполголоса, но легче не стало. Собака, скуля, жалась к ногам незнакомки.
— Жулька!
Я подскочила к ней. Собака отбежала на шаг. Девица заулыбалась, как ненормальная.
— Пойдём! Скоро мы найдем её! Помогите мне!
— Это парк, здесь нет аптек! — буркнула я сквозь зубы, осторожно подкрадываясь к перепуганной питомице. — Разве что за парком медучилище, может, там… Если вы сами знаете, где искать, то зачем морочите мне голову?
— Я не знаю, где искать, — с достоинством проговорила девица. — Я только знаю, что надо искать. Обязательно надо искать.
Что за идиотские мантры? И собака точно с ума сошла! Может, правду болтают, что сумасшедшие могут влиять на животных? Ну Жулька, предательница!..
Виляя хвостом, собака вертелась рядом с незнакомкой. А та по-хозяйски оглядывалась в темном парке. И что здесь можно увидеть, кроме чёрных стволов и наползающей непроглядной пены ветвей?
Я щурилась в заросли. Медучилище… Оно было с другой стороны. Аптека там, конечно, вряд ли нашлась бы, зато там должен быть дежурный или вахтер. Хоть кто-то, кто позвонил бы наконец на «Скорую». Чёрт, я даже не знала, кому звонить, когда встретишь человека с явным психическим расстройством. Или наркомана. Или…
Я следила за Жулькиным хвостом-пропеллером, примериваясь, как схватить её и вернуть на поводок. Поэтому не сразу заметила, что мы свернули с дороги.
Широкая асфальтированная тропа едва проглядывала сквозь кусты. Здесь тоже была дорожка, залитая асфальтом поверх торчащих разбитых плит. Ни фонарей, ни реклам, ни киосков… Да мы заблудились, что ли?
— Пойдем обратно, медучилище не тут! Жуля, ко мне!
Вредная псина не реагировала. Завтра же сгребу её в охапку и оттащу к дрессировщику, чтоб знала! Если только до меня сейчас не доберутся друзья наркоманы этой её, с позволения сказать, тёзки…
— Может, здесь? — протянула та и раздвинула ближайшие кусты.