Вот козёл, думаешь меня обидел? С принцем я сама разберусь, почему он умолчал о своём положении. К сожалению, мне открылась не вся память умершей наследницы атлантов и естественно кое-что я до сих пор не знала. Теперь я понимаю, почему Галлий не рассказал мне про себя, кто он. Я так полагаю, у него серьёзная психологическая травма: переживает за гибель своего народа и думает, что я буду его в чём-то обвинять. Насчет брака, так он у меня нерушимый, а кто не верит – с радостью продемонстрирую доказательство перед их носом.
– Так и скажи, что зажлобил местечко! – взорвалась я. – Должно быть планетка у тебя захудалая, а я навязываюсь, прости. Можешь сейчас отправить весточку сирианцам, и я, и Вивианит вас больше не будем напрягать своим присутствием и оскорблять его величество низким происхождением.
Ух, а глаза как гневно загорелись. Неприятно слышать, да? Нашел на кого давить, на слабую хрупкую самочку.
– Знаешь, мне кажется я знаю для чего Галлион держит тебя при себе. Ведь это его невеста оставила одного в этом закрытом мире. И думаю, что если бы он не спасал её народ, то успел произвести эвакуацию своего, – он кивал самому себе, пытаясь выбить меня из равновесия. – Я тебя ПОКА оставлю себе, – постановил он, прохаживаясь вокруг меня, – хорошая игрушка получится. Вряд ли, он будет скучать по тебе. А если он потом всё-таки вспомнит о тебе, я надеюсь ты не сломаешься к этому времени.
Сволочь.
– Ты пожалеешь. Если сделаешь мне что-нибудь плохое, мой муж убьет тебя, – предупредила я его.
– Проверим? – откинув от себя ближайший стул, который преграждал ему путь, он в два счёта скрутил меня. Очень легко перетащил меня к кровати и разорвал на мне единственную одежду, наваливаясь всем телом на меня.
– Нет, не надо, – замотала я головой, уворачиваясь от его поцелуя. Но он грубо захватил рот в плен, жёстко сминая губы. Я успела сцапать его за губу. Он зашипел и отстранился от меня. Гипнотизируя меня взглядом, он вводил меня в обездвиженное состояние. Последнее, что я запомнила, как САМА тянусь к нему за повторением поцелуя, прогибаю спину, оттопыривая к нему попу, приговаривая при этом сладким эротическим голосом: – Господин, возьми меня.
Мразь, убью, когда очнусь.
Глава 17
Варфоломей.
Всё-таки меня вывела из себя эта крошка. Насколько я себя сдерживал, веками оттачивая мастерство парирования, уничтожения врага одними словами, подавляя их своей мощью и умением выходить из безвыходных ситуации. Настолько она сумела разбить мою броню и выбесить в буквальном смысле слова.
Я всего лишь хотел понять, что её мотивирует, зачем она помогает атлантам и просит за них. Нет, это не Алия, это жалкое подобие, её копия, и я прав в своих суждениях. Больше эта человеческая особь ни на что не способна, только как в корыстных целях идти к желаемому. Земляне все одинаковые, что тогда в прошлом привели своих покровителей к гибели, что и сейчас, она идёт к этому.
Применив способности на ней, я заставил думать, что я её хозяин. Вот так кошечка, покажи, всё что ты умеешь.
Алмаза.
Приятная нега сквозь задурманенный сон сотрясала тело несколько раз. Я пыталась выползти из бездны страсти, но глубже и глубже увязала внутри сладкой болезненной пучины.
– Галлий, Радий, – взмолилась я и эта пытка наконец прекратилась.
Варфоломей.
Я терзал её тело несколько часов, загибая манящее тело в различных ракурсах, выбивая из неё крики и разряжаясь глубоко внутри неё. Наконец, моя злость улетучилась, внушение стало спадать и она тихо прохрипела: – Галлий, Радий. Из её красивых изумрудных глаз вытекли две слезинки. Я отстранился, схватившись руками за голову. Дурак, действительно кошак облезлый, что я натворил? Кому я что доказал? Чего я добился этим? Только само удовлетворился.
Я встал с постели, рассматривая девичью фигурку. Похоже я немного поранил ее. Взяв на руки тельце, я ступил в кабину, очищая воздушным потоком наши тела. Я убрал окровавленную простынь со всеми явными последствиями. Аккуратно уложив, я изучил её тело на наличие синяков. Таковых к счастью не оказалось. Зато кровь всё ещё струйкой вытекала из её влагалища. Ну и как я сейчас отнесу её в медотсек?
Вздохнув, я улегся между её ног и принялся зализывать рану, проходясь по всем складочкам, бугорочку и расщелине.