Долго наблюдали партизаны за дорогою, но никакого движения по ней не происходило. Только напоминанием о недавних событиях на другой стороне стоял глубоко завязший в раскисшей земле КВ - 2: видимо он старался кого-то объехать и увяз. И все последующие попытки по его вызволению привели к тому, что тяжёлый танк безнадёжно погрузился в болотистую почву: почти по самую башню. Судя по всему, даже после этого, экипаж не бросил машину, так как на корпусе необычайно большой башни, были отчётливо видны многочисленные выбоины от снарядов, которые так и не смогли пробить её броню. Присмотревшись можно было заметить следы сражения и на дороге - остовы вражеской техники уже убрали - остались только участки покрытые копотью, разлитым маслом и мелкие железки, оторванные от машин взрывами и кинетикой тяжёлых снарядов. Все люки пережившего неравный бой танка, были открыты, и нечего не намекало на присутствие в нём людей. Впрочем, это не успокаивало, сомнения по поводу наблюдателя сидящего там, мучили многих.
- Иван Иванович, разрешите я к танку сползаю. - Настойчиво прошептал Ромашов: вместе с Непомнящим и ещё двумя бойцами наблюдавший за дорогой. - Если здесь кто и есть, то обязательно должен оставить в танке наблюдателей. Уж очень он выгодно стоит - как на заказ.
Разузнать, есть ли кто в брошенном танке конечно необходимо, однако, это очень рискованно. Но и бесконечно ждать, мучаясь в сомнениях было нельзя, поэтому, Иван соглашаясь кивнул:
- Иди Василь, только будь начеку, и если что пойдёт не так, ты затаись, или ползи назад, а мы тебя прикроем.
Пока Василий полз бесшумной ящеркой, а Иван, до рези в глазах всматривался в лес, смотрел на танк: не замаячит ли кто в смотровой щели мехвода, или не появится ли в бронированной маске пулемёта ствол. Радовало одно, из двух курсовых пулемётов не было ни одного: значит, пока что можно было не опасаться внезапной пулемётной очереди. Вот танкист подполз к машине, поднялся, пройдя пару шагов по воде, заполнившей развороченный грунт вокруг танка, и змейкой юркнул в люк механика водителя. Вскоре его голова появилась в башенном люке, и немного помаячив, Василь призывно помахал рукой.
Несмотря на умиротворяющую тишину и отсутствие каких признаков опасности, дорогу всё равно преодолевали в три приёма. Все согласились со словами Ивана, коими он утверждал, что бережёного бог бережёт. В последней группе шёл Непомнящий, он подбежал к танку, на башне которого расположился Ромашов с ДТ наизготовку и, постучав по броне рукояткой пистолета, позвал того:
- Василёк, слазь оттуда и иди в лес, а я тебя пока прикрою.
На что танкист, лежавший с пулемётом на крыше огромной башни, решительно возразил:
- Командир, за меня не бойся. Вы все отходите, а я здесь остаюсь. Это не танк, это крепость.
- И что ты собираешься с этой крепостью делать? Как собираешься ею воспользоваться? А Аника-воин?
- Ты зря меня так не зови. Здесь они меня и на самом деле легко не возьмут. Накрошу их побольше, задержу подольше. Поквитаюсь за всё. Хоть снарядов больше нет, с пушки и сняли затвор, а прицел разбили. Но здесь, можно и с пулемётом повоевать. Пойми. До жути надоело от них бегать - как мышь от кошки.
Вообще-то, идея танкиста Ивану пришлась по нраву. Только он был не согласен с тем, что этот бой для Ромашова должен стать последним, поэтому, Непомнящий немного подумав, развернул трофейную карту и взмахом руки подозвал к себе Сёмку - как обычно нерешительно топтавшегося поблизости.
- Семён, пока меня не будет, за старшего остаётся Фёдор. Передай ему наш с тобой разговор, и в дальнейшем слушай его приказы. И ещё, помнишь, ты мне на днях говорил, что через это болото можно пройти без особого труда? Ну то, где посредине топи есть хороший островок с деревцами: на котором можно даже отсидеться.
- Ага. - Ответил подросток, обнажив в широкой улыбке все свои зубы, и искоса поглядывая на Василя.
- Тогда смотри. Сейчас уводишь весь отряд сюда. - Непомнящий, ткнул пальцем в выбранный им квадрат на карте. - Вот здесь делаешь 'заячью петлю‟, и после чего, путая следы уходишь к болоту. Если к твоему приходу нас там не будет, то переводишь отряд на островок и там сутки ждёшь меня с Ромашовым. Если мы и за это время не появимся, выбираетесь самостоятельно.
Видя, как от удивления и обиды округлились глаза подростка, Иван поспешил его успокоить: