Просто кекс
- Просто секс!- сказала Карамель.
А я поспешил согласиться
- Да, да. Просто секс,- и голос предательски дрогнул. Хоть бы сладкая не поняла. Не узнала, как я за ней таскаюсь. Как одержимый выслеживаю последний год. Двенадцать гребанных месяцев. А потом дрочу дома без остановки. Как пацан озверелый. Глаза закрываю и представляю какая ее кожа бархатная, на вкус сладкая. Когда она мурашками от холода покрылась, когда под дождь попала и промокла до нитки. Так я и водил по члену и представлял, как веду по всем этим крохотным мурашкам языком и слизываю их, словно сахар со стола собираю. И кончал я так бурно, будто бабы реальной в моей жизни не было.
- По дружески, один раз,- киваю на все ее слова. Поздно ты девочка договариваешься!
Поздно было с того момента, как переступила порог моего дома. Поздно было после того, как я достал бутылку Шеридан для тебя и себе плеснул воды из графина. Нельзя мне было пить. Не сейчас. Когда желанная Карамель в лапы попалась. Иначе раскушу, раскрошу. Сожру всю без остатка.
Потом она мне плакала и говорила, что снова рассталась с очередным козлом. Что все мужики козлы, только о сексе думают. И что только я ей один друг. Всегда поддерживаю и понимаю. С детства.
Я кивал и мысленно трахал ее рот незамолкающий. Как все двенадцать месяцев до этого. После каждого слова представлял, как член свой загоняю ей по самое горло. До спазмов, до колик. До слез на моем стволе.
И как я раньше не понял, не заметил. Мы с Карамелью с детства вместе, действительно друзьями были. Я ее мелкую соплюшку от собак отбивал. Ей пять лет было. А я бугай здоровый уже тринадцатилетний был. Потом девчонка взрослела. И в ее тринадцать, я ее уже от первых пацанов отбивал. От настырных таких. Которые раньше меня, идиота, в Карамеле разглядели ее красоту невероятную, сочную.
И вот в ее двадцать, я ее после кобелей брошенных выслушиваю. А мне уже двадцать восемь, и я понимаю сколько времени проебал зря. Мог бы ее рот трахать уже целых два года. Опять же, если б дебилом полным не был.
Поздно разглядел, что уличный росток в роскошный куст оформился. Хотя...не поздно еще, раз здесь она со мной сидит. И смотрит на меня честно и искренне. А я от ненависти к себе сжимаю зубы. Ведь мог первым ее стать. Единственным.
И хочется в ее рот не только членом толкнуться, но и ладонью наотмашь съездить. И прикрикнуть на сучку, как ты, блядь, могла трахаться с другими, когда я по тебе целый год дрочу!
Вдох выдох. Нельзя. Нельзя. Она девочка хрупкая нежная. Пусть были до меня, не важно. Сейчас моя, только моя теперь будет. Всегда.
- Мир, только один раз. Мне надо очень. Чтоб любил. Притворись, пожалуйста,- повторяет глупая, глупая Карамель.
Блядь, как притвориться и меньше любить. Чтоб не зацеловать насмерть, когда только коснусь губами. Она наивная тянется к моему лицу. Губки уточкой сложила.
А я охереваю. Завис. Моя девочка, моя Карамель сладкая.
К чертям этот поцелуй дурацкий. Не такой, не так первый хочу.
Подхватываю ее на руки. Пьяненькая и легенькая, вскрикивает от неожиданности. Цепляется пальчиками в шею, царапки непроизвольно оставляет. А меня кроет. Кроет блядь!
Срочно ее. В нее. Раствориться, умереть.
Ногой дверь на террасу открываю и выношу ее на улицу. Небо звездное над нами. Черное, усеянное миллиардами мотыльков горящих. И она глазки поднимает, охает. Прижимается сильнее. И смотрит на небо. Потом на меня переводит взгляд. А я тоже смотрю на всю Вселенную, что в глазах ее отражается.
И склоняюсь к ней медленно. Но нет надо удержаться. Дойти. Еще пару секунд. Пару мгновений и все будет.
Укладываю ее на уличную качель двуспальную.
Для нее, сучки, покупал. Когда она у меня засыпала днем, убаюканная жарким солнцем. Для нее самую удобную, самую большую купил. Прям кровать двуспальную, только уличную.
Положил Карамель и залюбовался. Как волосики ее русалочьи мягкими волнами по подушке разметались. Склонился к ней и ...все...
Дальше все как в тумане. Засосало, блядь, в Черную дыру. Прорву удовольствия.
Я хотел. Честно хотел нежно. Медленно. Не испугать.
Но, пиздец, крышу сорвало только сладкой кожи коснулся. Лизнул ее губки нежные. А она реально вкусная и остро сладкая. И снова острая. Потому что больно до невозможности. В груди давит так, что не вздохнуть. Только ей теперь дышать могу. Питаться. Пировать.
-Ой-й,- всхлипнула Карамель, когда я с жадностью губу ее прикусил.
И прогнулась податливо. Расслабилась под моей тяжестью. Конечно, девочка, тебе уже не выбраться. Не сейчас. Не потом.
И снова начал губы ее дико вкусные съедать. Зацеловывать до всхлипов. До стонов. Наши языки вместе. Маленькая! Пытается приласкать в ответ. Но ей не угнаться. Потому что рот я ее уже трахаю. Глубоко и методично. Так, что она уже течет на пальцы мои, которые я в трусики засунул. И чувствую, какая она крохотная там. Киска словно котенок. Двумя пальцами все ее губки накрываю. А потом вовнутрь врезаюсь. Чуть массирую при входе, задевая крупинку - клитор. И снова в рот мне стонет моя Карамель сладчайшая. И бьется подо мной, словно уже оргазм словила.