Но неожиданно весь свет померк. Пришла телеграмма о том, что поезд, на котором ехала моя семья, сошел с рельс. «Все погибли. Никто не выжил…» - я повторяла эту фразу изо дня в день, пока тети готовились к похоронам. «Неужели я никогда не увижу родителей и своих братьев и сестер?» - не понимала я. Слезы лились ручьями от страшного значения этих слов…»
«Какой ужас! Это если бы сейчас мои родители погибли…» - попыталась представить Сонечка. «Они рядом, все в порядке. Слушай дальше», - потрепала ее по голове Анна Николаевна.
«Я, как и планировала, сдала экзамены раньше других. Все мои тетушки пребывали в горе и всерьез беспокоились о моей дальнейшей судьбе. Елизавета Григорьевна стала мягче и терпимее. «Наша троица была неразлучна. Мы так любили друг друга… А теперь потеряли ту нашу часть, что всегда сплочала нас», - часто повторяла она. И вправду - отношения между сестрами стали холодными, и тетушка Анна старалась не общаться со своей старшей сестрой. Но я жалела больше всего Елизавету Григорьевну, ведь у другой моей тети была семья, а у этой - лишь я.
И потому я старалась выказывать Елизавете Григорьевне свою любовь и благодарность. Она ценила это, но по-прежнему оставалась несчастна. Когда я по осени уехала в свой пансион, тетушка решила навестить подругу, живущую в Англии. У той уже был взрослый сын и дочь тринадцати лет. Муж недавно погиб, и ей требовалась поддержка.
В том году я растеряла свое стремление к знаниям. Но учителя не сердились – они знали о моей беде. Однако перед новогодними каникулами учительница, доброжелательно относившаяся ко мне, предупредила, что отныне меня будут оценивать как всех, и попросила стараться учиться, ведь мои родители желали бы видеть меня умной. Я пообещала и на самом деле вновь принялась за учебу. Жажда жизни просыпалась во мне, и постепенно я становилась той, кем была до смерти своих родителей.
Каникулы я провела у тетушки Анны, которая вновь была беременна. А все потому, что Елизавета Григорьевна планировала прожить в Англии до Пасхи. Я действительно соскучилась по ней, но понимала, что ей там и вправду лучше.
Четыре месяца пролетели крайне быстро, и вскоре наступил долгожданный день. Тетушка приехала в пансионат, чтобы забрать меня на каникулы. Я не скрывала своей привязанности и нежности к ней, и ее это радовало. Она вручила мне подарки, один из которых – свистулька в виде птички – стоит у меня до сих пор. Мы отлично провели праздники, и вдруг Елизавета Григорьевна сообщила мне невероятную новость – на лето она увезет меня в Англию! Пока я буду сдавать экзамены, она разберется с продажей своей квартиры и затем переедет в Англию, потому что хочет жить рядом со своей подругой.
Я сдала все предметы на отлично, дабы порадовать тетушек. У Анны тогда родилась малютка, и мы с Елизаветой Григорьевной немного задержались, чтобы побыть с новорожденной. А затем уехали за границу.
Никогда не забуду каникул, проведенных там. Дети миссис Хокс оказались добры ко мне. В особенности ее дочь Лейла. Мы проводили с ней все время вместе, несмотря на шестилетнюю разницу в возрасте. Сама же подруга моей тетушки хоть и казалась чопорной, на самом деле являлась приятнейшим человеком. Я прекрасно отдохнула и была искренне рада за свою тетушку, переехавшую туда. Впредь я проводила так все свои летние каникулы. Зимние и весенние каникулы с тетушкой Анной и ее семьей, а летние - у миссис Хокс.
Елизавета Григорьевна нашла себе наконец-то мужчину. Им оказался вдовец мистер Торн, живший по соседству. Она переехала к нему, они обручились и жили в ладу. У мистера Торна тоже не было детей, но супругов это не печалило. Меня он полюбил с первого взгляда, да и я его тоже, ведь ему удалось жениться на моей ворчливой тетушке. Сын миссис Хокс дома появлялся редко, часто бывал за границей и так и не женился, а вот Лейла уже в 16 лет выскочила замуж. К тому времени как я выпустилась из пансиона, она уже родила себе близняшек.
Что касается меня, то я училась отлично и была одной из лучших учениц. Все относились ко мне хорошо за исключением девочки, прибывшей к нам из Грузии. Ей тогда было всего 10 лет, но и в то время она была своенравна. С возрастом становилась все непокорнее и злее, всегда старалась кого-нибудь чем-то задеть. Но, к счастью, ее выходки никогда не имели серьезных последствий.