– Это не стоило никаких усилий, Лаурита. Ты очень милая и добрая девушка.
– Я согласна с вами, дон Федерико, – сказала Мария. – Надеюсь, ты простишь меня, Лаура, что я так поздно это поняла.
– Я вам очень благодарна. Если бы не вы, мы бы с Хосе Игнасио больше не увиделись.
– Иногда бывает трудно справиться с эмоциями. Забываешь о боли, которую причиняешь другим. Мой сын – самое важное в моей жизни, и если ты – его счастье, то и я могу быть только счастлива.
– Вы не пожалеете о том, что сделали для нас. Я люблю Хосе Игнасио и буду любить его всю жизнь. Надеюсь, что когда-нибудь сумею заслужить и ваше доверие.
– Ты его уже имеешь, Лаурита.
– Вы будете для меня матерью, которой у меня… не было.
– Возможно, и она все-таки прозреет. Но пока мы не скажем ей, что ты нашлась. Узнает только твой отец.
Мария позвонила дону Густаво и Альберто, пригласила их приехать на ранчо. Но при этом она попросила их ничего не говорить Лорене, а также не брать с собою Хуана Карлоса. Надо ли говорить, как обрадовались оба – отец и дед Лауры! Альберто вылетел на ранчо первым же рейсом.
Не разделял общей радости лишь один человек – Диего. И только он один без конца повторял, что Лаура никогда не будет счастлива с Хосе Игнасио.
В ожидании приезда Альберто все обсуждали, как и где лучше устроить свадьбу. И опять на высоте оказался дон Федерико, предложив сыграть свадьбу у него на ранчо. Это и в самом деле была замечательная идея: во-первых, место красивое, и, во-вторых, подальше от глаз полиции.
В этот самый момент и случился курьез, который сначала всех напугал, а потом рассмешил. Едва лишь кто-то произнес слово «полиция», как – легок на помине! – в дом постучался лейтенант Акунья. И, конечно, он стал утверждать, что здесь укрывают Лауру Риверу и потребовал ее выдать. Сестры на сей раз не растерялись, отвечали бойко по уже отрепетированному сценарию, но Мария расстроилась не на шутку: она знала, что этот детектив работает на Лорену дель Вильяр. Разрядил обстановку вовремя появившийся Альберто, пояснив, что Акунья отказался от дела как раз из-за Лорены, но снова вернулся к нему по просьбе Альберто и дона Густаво.
И вновь счастливые звонки понеслись в Мехико – теперь уже с приглашениями на свадьбу. Лаура, кроме дедушки, захотела позвать только Флоренсию. Мария объясняла Рите, какое платье следует подобрать для невесты. Хосе Игнасио тоже дожидался, когда освободится телефон.
– Ты хочешь кому-то позвонить? – заметила его Мария.
– Да… Луису.
– А больше никому?
– Нет.
Но позвонил он не Луису, а Виктору.
– Наконец-то я женюсь на любимой и мне хочется, чтобы в такой момент со мной рядом был отец. Поэтому я прошу тебя приехать.
– У тебя есть отец.
– Крестный, моим отцом всегда был ты! Единственным! Надеюсь, что ты приедешь.
– И… когда же свадьба?
– Завтра. Времени хватит только на то, чтобы собраться и приехать. Я буду ждать. До свидания, крестный.
И донья Мати, и дон Чема, конечно же, настаивали на поездке, но Виктор – как ни тяжело ему было – принял иное решение.
– Там будет достаточно и Хуана Карлоса. К тому же, я обручен с Кармен, а ей будет неприятно узнать о моем участии в этой церемонии.
Донья Мати уже всерьез стала опасаться за рассудок сына и от горя не знала, что делать. Единственное, что она для себя решила, – это поехать на свадьбу Хосе Игнасио без Виктора.
А на другом конце города еще один несчастный человек – Хуан Карлос – горько страдал из-за того, что ему запретили присутствовать на свадьбе собственного сына.
– У меня тоже есть право там быть, – говорил он собирающемуся в дорогу дону Густаво.
– Нет, Хуан Карлос, ты потерял его много лет назад.
– Я думаю, Мария хочет наказать меня еще раз.
– Тебе не надо было ее обижать. Ты поссорил ее с Виктором Карено.
– Я люблю ее, папа.
– Но она не любит тебя. Попытайся ее забыть.
– Но как? Научи меня, папа. Эта любовь со мной всю жизнь.
Разговор пришлось прервать из-за прихода Лорены, хотя на вопрос Хуана Карлоса ни дон Густаво, ни кто-либо иной все равно не смог бы ответить.
Лорена сообщила, что пропал ее муж. Ушел из дома вчера утром и не вернулся.
– Он уже давно ведет себя так, будто меня нет, будто я не жена ему. Наверно, опять спутался со своей докторшей.
– У тебя только одно на уме. Альберто позвонил мне и сказал, что вместе с другим хирургом уезжает в провинцию делать сложную операцию, – попробовал успокоить дочь дон Густаво.
– Знаю я этого хирурга! Его зовут Сильвией!