— А я думала, Джилли сказала, ее зовут Бренда? — уточнила я, вглядываясь в него.
— Бренда, Бэмби — я их не различаю. Она почти подросток, — прошипел он.
Я тихо рассмеялась:
— Твоя сестра сказала, ей тридцать восемь. Ты драматизируешь.
— Так ты вот так налаживаешь нашу дружбу — оскорблениями?
— Я тебя не оскорбляю. Я говорю с тобой как с другом. У тебя нет проблемы с Брендой или ее возрастом. Проблема у тебя с твоим отцом. Так что давай об этом и поговорим. Каково было его увидеть?
— Чертовски странно. Мы ведем себя как деловые знакомые. У него торчат волосы, зубы слишком белые, и одевается он как пятидесятилетний мужик, который отчаянно пытается выглядеть на двадцать.
— Значит, проблема у тебя с его волосами, зубами и одеждой? — спросила я, прожевывая последний кусочек. Ему нужно было разгрести свои отцовские раны, иначе они никуда не денутся.
— Именно. Он похож на актера из убогого порно восьмидесятых. Абсурд. Щеголяет своими часами «Картье», хотя не заплатил ни цента за свадьбу своей единственной дочери. Хотя кто знает, единственная ли она вообще. У него, наверное, дети по всей стране. Он ни за что не отвечает.
— Ты когда-нибудь думал поговорить с ним прямо? Высказать все?
— Что это даст? Он никогда не изменится, Божья Коровка.
— Зато тебе может стать легче. Выпустишь пар. А не будешь пассивно-агрессивным с ним. — Я пожала плечами и откусила еще.
— И как же я, по-твоему, пассивно-агрессивен? — Он даже не пытался скрыть раздражение.
— Ну, по определению, пассивная агрессия — это когда злишься, обижаешься и раздражаешься, но выражаешь это не прямо. Например, ты не говоришь ему, что думаешь. Ты холоден и отстранен. А он и продолжает — ведь ты его не останавливаешь.
— С чего это ты знаешь определение пассивной агрессии? — Он приподнял бровь, улыбнувшись так, будто впечатлился.
— Потому что Дили постоянно говорит, что я пассивно-агрессивная. Я стараюсь над этим работать. Учусь говорить людям правду, когда что-то раздражает.
— Например, как вчера сказала мне? — уточнил он.
— Да. Пожалуй, сказала. — Я рассмеялась. — Но ты не пассивно-агрессивный человек, Леджер. Только рядом с отцом. Может, ты боишься его столкнуть лицом к лицу с тем временем, которое сам вспоминать не хочешь. Тяжелым временем.
— Да пошел он. Ненавижу, что он хотя бы на секунду делает меня слабым. Мне нравится думать, что я просто не трачу на него энергию. Но, может, ты права. Может, мне действительно стоит сказать ему, каким я считаю его придурком. Мы едва разговариваем, да он и сам редко звонит. Мне не нужна с ним связь.
— Но тебе нужно отпустить эту злость. Она тянет тебя назад.
— Да какого черта ты так хорошо меня знаешь? — Он отправил в рот последний кусок сэндвича и внимательно на меня посмотрел.
— Понятия не имею. Наверное, дар, — сказала я, и он громко расхохотался.
— Еще какой, Божья Коровка.
— О, надеюсь, я не мешаю. — Тобиас открыл дверь моего класса и просунул голову, заставив нас обоих вздрогнуть.
— Нет. Мы просто обедаем. Ты помнишь Леджера, правда? — Я промокнула губы салфеткой.
— Конечно. Да. Ты старший брат, верно?
— Не ее старший брат, — процедил Леджер. — А старший брат Джилли.
— А, да. Какая разница. Просто держу в курсе, чувак. Я хотел узнать, свободны ли вы сегодня вечером, мисс Томас, для ужина? — Он пытался придать моему имени сексуальный оттенок, но вышло настолько нелепо, что мне стало стыдно за него.
— Она занята. У нее свадебные дела. Поэтому я здесь. Сегодня ужинаем с Джилли и Гарреттом, обсуждаем обязанности. Так что ближайшие две недели она очень занята. — Леджер смял обертку от сэндвича, метнул ее через весь класс — и попал в корзину.
Я одарила его предупреждающим взглядом. Во-первых, я впервые слышала про этот ужин с Джилли и Гарреттом. Во-вторых, не нужно за меня отвечать. Но я, если честно, испытала облегчение: идти на ужин с Тобиасом мне не хотелось ни сегодня, ни когда бы то ни было. Мне было куда приятнее рассказывать Леджеру, что меня позвали, чем рассматривать сам поход.
— Я сама могу ответить, Леджер. Но да, у меня планы, и ближайшие две недели забиты подготовкой к свадьбе. Прости.
Я потянулась за бутылкой воды, сделала глоток и едва не задохнулась, когда Тобиас сунул руку в штаны и без стеснения долго чесал себя, после чего тем же движением пригладил волосы. Я распылила воду по столу и закашлялась, отворачиваясь.
Леджер расхохотался и вскочил, театрально похлопывая меня по спине.