— Я же сказала, что обо всем позабочусь сегодня, — сказала я, отступая и пропуская его в дом.
Он присвистнул:
— Это место такое… твое. И я не хам. В гости с пустыми руками не хожу. Нэн прислала это из своего сада.
Он протянул мне цветы, и я вдохнула их запах, закрыв глаза. Эти цветы несли столько воспоминаний. Я впервые почувствовала аромат пионов в саду бабушки Леджера, когда была маленькой. Потом мы с мамой посадили их у себя во дворе, и они цветут до сих пор. Каждый год, в годовщину маминой смерти, я приношу букет розовых пионов на ее могилу. Это тоже были ее любимые цветы. Каждый год тринадцатого февраля — в день, когда мама ушла — я получала букет розовых пионов. Его присылали домой, потому что мы всегда собирались дома в этот день, чтобы вместе сходить к ее могиле. Открытки никогда не было, но я почти уверена, что это Дилан. Она бы не призналась, но такая забота — в ее духе. И она бы не захотела ранить сестер, если присылает только мне. Она знала, что мама и я обожали эти цветы. Я много раз пыталась уговорить миссис Уинтроп раскрыть, кто их присылает, но она твердо стояла на защите тайны клиентов. Я всегда смеялась про себя: Дилли умеет нагнать страху, и я уверена, она заставила женщину поклясться молчать. Моя сестра-близнец может быть страшной, как настоящий мафиози, если защищает кого-то.
Я прошла на кухню, достала вазу, наполнила ее водой и подрезала стебли, чтобы легли ровно.
— И это ты так околдовываешь всех своих красоток в городе? Красивые цветы и дорогое вино? — Я покосилась на бутылку, которую он поставил на столешницу.
— Ты удивительно интересуешься мной и моими дамами, да?
— Не интересуюсь, просто наблюдательна.
Он рассмеялся и оглядел комнату, неторопливо, будто впитывал каждую деталь. Я вывела его на задний двор и показала вид.
— Красота. Ты всегда говорила, что когда-нибудь будешь жить у озера.
— Я так и сделала. А ты, когда тебе было десять, говорил, что построишь замок для своего папы, мамы, Нэн, Джилли и меня. И, насколько помню, собирался поселить туда всех своих подружек. Ты был сердцеедом уже тогда.
Он громко рассмеялся:
— Ну, для отца я точно ничего строить не буду.
Мы вернулись в дом. Я налила нам по бокалу вина, и мы уселись за мой милый круглый белый стол.
— Тебе неприятно, что твоей отец ведет Джилли к алтарю?
Он задумался, отпил глоток и поставил бокал:
— Я хочу, чтобы она делала все, что хочет. Это ее день. Но я не понимаю, зачем подставляться под очередное разочарование. Он показал, кто он есть. Бросил нашу мать, после второй и третьей женитьбы ни копейки не давал. Не звонил. Просто исчез. Так что да, странно впускать его обратно после всего.
Я открыла коробку с пиццей, положила ему два куска и взяла себе один.
— Джилли сейчас счастлива. Она отпустила прошлое. Хочет простить, потому что иногда злость мешает жить дальше. — Я надкусила кусок, а он умудрился проглотить почти половину за один раз, и я рассмеялась.
— А ты? Ты счастлива? — сменил он тему.
— Да. То есть… есть желания, цели, к которым я иду. Но в целом да, я в хорошем месте. А ты?
— Ну, отец у меня тот еще тип, и я этого не изменю. Но у меня отличный кондо в городе. Мне нравится работа, хотя я терпеть не могу несвободу и мечтаю сам выбирать проекты. Так что я в норме, но могло быть лучше.
— Может, поговоришь с отцом, пока вы оба в городе? Это может помочь. Я не говорю, что нужно его прощать. Но можно примириться с тем, что было.
— Ты переживаешь за меня, Кузнечик?
Я улыбнулась:
— Не переводи стрелки. Мы говорим о тебе.
— Ладно. Поговорю. Он писал сегодня, хочет встретиться на обед на неделе. Надеюсь, он теперь не сбежит с обязанности вести Джилли к алтарю, раз она рассчитывает на него. И да, я с нетерпением жду, когда поведу к алтарю тебя.
У меня провалился живот. Потому что я тоже этого ждала.
Но мне не хотелось, чтобы день свадьбы подошел слишком быстро.
Потому что сразу после нее он уедет. А я наслаждалась каждым днем рядом с ним. Джилли была настолько поглощена подготовкой, что и не замечала моего отсутствия.
— Ешь давай, Дейн. У нас работа. И я не отвлекаюсь. Даже на красивые пионы.
Его рука лежала на столе рядом с моей. Он взглянул на телефон, взял его, прочитал сообщение, нахмурился и положил обратно.
— Все нормально?
— Да. Я пытаюсь выбить у босса контракт со средней школой, но он упрямый, дело движется плохо. — Его мизинец скользнул по моему, и он чуть приподнял палец, переплетая наши. — Я буду продолжать.