Сегодня это звучало уже не первый раз.
Отец прислал несколько сообщений: его, мол, выгнали со свадьбы, но он ждет, что я выполню свою часть сделки.
Я ему не ответил и до свадьбы в его дерьме копаться не собирался.
— Хочешь, я отвезу тебя сегодня?
— Не думаю, что это хорошая идея, — она пожала плечами. — Мы все это время скрывали то, что между нами происходит. Зачем рисковать за пару шагов до финала?
Я кивнул. Но я не был готов к этому финалу.
— Мы же договорились: если придем без пары, то пойдем на свадьбу вместе, — сказал я и взял ее за руку.
Она резко втянула воздух.
— Мы в любом случае будем там вместе. Мы единственные в свадебной процессии. Так что считай, что это свидание. Просто потому, что ты вынужден идти со мной под руку.
Она попыталась все обернуть шуткой, но в ее голосе я услышал другое. Она отдалялась. Берегла себя. Готовилась к тому, что мы оба понимали: это заканчивается.
— Я никогда не был тобой «обременен», Божья коровка. — Я большим пальцем погладил ее ладонь. — Я знаю, что ты сегодня у Джилли, но… пожалуйста, позволь мне остаться с тобой завтра.
Черт. Я звучал как отчаявшийся придурок, которому трясли поводком, но мне было плевать. Мне хотелось забрать у нас каждую минуту. Она уже отрезала мне путь к продолжению, когда все закончится, но за завтрашнюю ночь я мог побороться.
— Конечно, — она улыбнулась и наклонилась, поцеловала меня в щеку и выскочила из машины. — Спасибо, что заехал.
— Всегда! — крикнул я ей вслед, пока она шла по дорожке к двери. Она помахала рукой, но так и не оглянулась. Грудь сжало.
Я зашел слишком далеко, и теперь мне крышка.
Шарлотта Томас готовилась к тому, что я уеду.
А я — к этому нет.
— Ну что, Леджер, кажется, получилось, — сказала Каролин, организатор свадьбы, после того как заставила меня дважды пройти эту идиотскую схему. — Точно так же завтра ты ведешь Чарли к алтарю, а потом возвращаешься за Джилли.
Ничего сложного. Всего лишь два прохода по проходу.
Сестра выглядела так, будто уже окончательно пережила историю с отцом, и деловито командовала всеми подряд. Я оглядел площадку и увидел Чарли, разговаривающую с двоюродным братом Гаррета — Робби. Внутри у меня все взорвалось.
— Да, я понял, — сказал я, но взгляд не мог оторвать от Шарлотты и этого Робби. Он стоял слишком близко, смеялся, и я сжал руки в кулаки.
— Все, народ! Можно идти. Пошли ужинать, — сестра замахала рукой, показывая всем, что репетиция закончена.
Нэн взяла меня под локоть, мама — с другой стороны, и я повел их к зданию клуба. На завтрак и ужин приехали несколько наших теток, дядей и кузенов. Родственники Гаррета тоже пригласили гостей, так что за столом должно было быть человек двадцать пять.
Когда мы вошли в отдельный зал с длинным столом, я еще раз посмотрел, где Чарли. Этот подлиза Робби не отходил от нее ни на шаг, и меня это бесило до чертиков.
Кто, к черту, он такой вообще?
Она встретилась со мной взглядом, и я приподнял бровь, отодвигая для нее стул.
— Я хочу сесть рядом. Нам надо обсудить тосты, — сказал я.
Она улыбнулась, но этот придурок скривился.
— Похоже, рассадка свободная. Я сяду здесь, чтобы мы могли продолжить разговор. Я так хочу услышать еще про этих твоих миленьких детсадовцев.
«Миленьких детсадовцев»?
Да вы издеваетесь?
Этот клоун явно решил выложить весь арсенал.
Она просто улыбнулась и села рядом со мной, а этот присосавшийся болван плюхнулся в свободное кресло по другую сторону от нее.
С другой стороны от меня сидела Нэн, напротив — Джилли, Гаррет и мама. Остальные рассаживались на свободные места.
Нам налили вина, мы быстро выбрали блюда по меню — как завтра. Нэн щебетала мне на ухо, рассказывая новости из своего клуба: там наняли нового инструктора по аквааэробике, по кличке Булл, под шестьдесят, и барышни, кажется, глаз с него не сводят.
Хотел я это слушать? Да ни секунды. Но это была Нэн, и я старался держаться, как будто мне не плевать.
Тем временем этот балабол рядом с Чарли тараторил без остановки, не закрывая рот ни на минуту. Я поднял глаза и увидел, как Гаррет, сидящий напротив, с хитрой ухмылкой наблюдает за мной, попивая вино.
Он наслаждался. Ублюдок.
А ведь я его шафер, черт побери.
Он пожал плечами, поставил бокал и одними глазами передал мне: Делай что-нибудь или прекращай ныть, идиот.
Да, не всем хочется делать «что-нибудь». Но это не значит, что я хочу, чтобы она сидела здесь и слушала этого нытика.