— С ней все в порядке? — спросила она и даже не пыталась скрыть страх в глазах, при всей своей внешней стойкости.
В Хани-Маунтин, казалось, не было ни одного человека, который бы не любил Нэн.
— Мы не знаем. Похоже, это был сердечный приступ, — сказала Джилли, садясь с другой стороны от меня и беря меня за руку.
— Откуда ты узнала, что мы здесь? — спросила я, покачав головой. Моя сестра всегда знала, когда я в ней нуждаюсь. Да и все они, если честно. Я была уверена, что остальные скоро тоже появятся.
— Мне позвонил Леджер, — сказала она, наклоняясь ко мне и внимательно глядя мне в глаза, проверяя, все ли со мной в порядке.
— Он? — выдохнула я.
— Да. Он сказал, что ты привезла Нэн в больницу, что ты очень расстроена и что он переживает. Честно, он звучал в панике.
— Мне нужно ему перезвонить.
Джилли поднялась и начала ходить взад-вперед возле ряда кресел в зале ожидания.
— Давайте все туда пересядем, — предложил Гарретт, помогая Кейли встать, а Дилан потянула меня за руку.
Из-за угла появилась Вивиан — в пижаме, с небрежным пучком на голове.
— С ней все в порядке?
— Мы ждем новостей, — ответила Кейли, и мы заняли места в зале ожидания.
Джилли говорила по телефону с братом, размахивая руками.
Эшлан и Эверли вбежали и сразу подошли ко мне. Лицо Эверли было перекошено от ужаса, она сжала мои руки и оглядела меня с головы до ног, будто искала раны.
— Со мной все нормально. Я переживаю за Нэн, — сказала я, наконец собравшись и сумев говорить без рыданий.
— Но для тебя это все равно было очень тяжело, — прошептала Эверли. — Слава богу, ты была рядом.
Доктор Биклер вернулся и сел рядом с Кейли, рассказав нам все, что знал. Он знал ненамного больше нас, но сказал, что все действительно похоже на сердечный приступ. И что нам пообещали скоро выйти и все объяснить.
Я подняла голову и увидела, как ко мне идет отец. Он был в своей футболке пожарного Хани-Маунтин, оглядывал зал, пока не встретился со мной взглядом.
В моем отце всегда было что-то, от чего я чувствовала себя в безопасности, любимой, защищенной. Несмотря на все, что он потерял, когда умерла мама, он каждый день был рядом с нами.
Я вскочила и побежала к нему. Он обнял меня, и я снова разрыдалась.
— Ты в порядке, солнышко, — сказал он, поглаживая меня по спине. Моя щека прижалась к его груди. — Есть новости о Нэн?
— Мы просто ждем, — ответила я.
Мы вернулись к креслам, и отец сел рядом со мной.
И мы все просто сидели в тишине и ждали.
26 Леджер
По дороге обратно в Хани-Маунтин у меня было слишком много времени, чтобы думать. Джилли рассказала, что произошло: когда я говорил с Чарли, она была на грани истерики. И при этом они все еще ни черта не знали. Я въехал на парковку и бегом направился к больнице.
Ворвавшись в зал ожидания, я увидел маму и Джилли. Они стояли рядом с мужчиной в медицинской форме — я решил, что это врач. Я направился к ним, но, проходя мимо остальных, встретился взглядом с Чарли.
Печаль в ее глазах едва не подкосила меня.
— Это мой брат, — сказала Джилли, оборачиваясь ко мне. — Доктор Робинс как раз вводит нас в курс дела.
— У вашей бабушки случился сердечный приступ. К счастью, рядом был человек, и вы успели доставить ее вовремя. Все могло закончиться совсем иначе, так что вы спасли ей жизнь, — он тяжело выдохнул.
— Что это значит? — спросил я. Я знал, что инфаркт — это плохо, но на этом мои познания заканчивались.
— Это значит, что сердечная мышца не получает достаточно кислорода. Сейчас мы готовим ее к операции шунтирования. Мы создадим новый путь для кровотока в обход закупоренной артерии.
Черт. Это плохо.
— Сколько продлится операция? — спросил я, бросив взгляд на маму и сестру. По их лицам, исполосованным слезами, было ясно: слов у них нет.
— От трех до шести часов. Вы можете поехать домой, а мы позвоним, когда все закончится.
— Нет. Мы будем здесь. — Я прочистил горло. Ни за что на свете Нэн не должна проснуться одна.
— Хорошо. Тогда хотя бы сходите за кофе. Ночь будет долгой. Я буду держать вас в курсе.
— Спасибо, доктор Робинс, — сказала мама.
— Боже мой. Нэн делают шунтирование? — сквозь слезы спросила Джилли. Я обнял ее.
— Она самая крепкая женщина из всех, кого я знаю. С ней все будет хорошо.
Я не был в этом уверен, но говорить иное не собирался.
Мама сообщила всем в зале ожидания новости и сказала, что им лучше разъехаться по домам — мы здесь до утра.