Глава 1
Леона.
Лёжа на кровати, я бессмысленно прокручивала ленту инстаграма, слушая монотонное гудение обогревателя в углу комнаты. В воздухе висела лёгкая дремота — та, что подбирается к человеку в позднее воскресенье, когда все задачи уже вроде как выполнены, но мозг никак не подчинился уюту выходного.
Лента обновилась, и я почти машинально остановилась на фотографии. Новый пост. Но не просто чей-то завтрак с круассаном или фотоотчёт с командировки в Сочи — это было фото, от которого у меня практически отвалилась челюсть.
Первое, что я прочитала, было имя пользователя в углу экрана. Проверила ещё раз. Что? Нет. Точно не он. Либо я вижу то, чего нет, либо мой мозг окончательно сошёл с ума. Но нет, это действительно был аккаунт Глеба Александровича, нашего нового преподавателя литературы. Бесспорно его. Белая галочка профиля, скромное количество постов, все строго профессиональные: портретные, в очках, с книгой Золя или Кафки в руках. Эксперт по литературе всего и вся, молодой, вызывающе красивый, хотя и явно осознающий свою внешность, — этот образ идеально подходил для профиля преподавателя в престижном вузе.
Но на этом фото он совсем не был похож на того хмурого, строгого академика, которого я знала. Глеб Александрович лежал полуголым на кровати, правая рука скользнула вдоль линии обнажённого живота, пока он смотрел в камеру с выражением, которое мгновенно залило мои щеки краской. В его глазах не было обычной отстранённой учёности — только дерзковатый вызов, какой-то скрытый подтекст, который будто бы заставлял тебя ломать голову, что он именно сейчас думает.
— Глеб Александрович, — пробормотала я, проглатывая остатки собственного кислорода. — Вы… вы не настолько стеснительный, как я думала.
Мой палец на автомате потянулся читать подпись. Потому что, очевидно, я не могла не узнать, зачем этот мужчина, который только вчера разглагольствовал о "глубоко скрытых смыслах в поэзии Бродского", вдруг решил удариться в стиль... ну не знаю... эскорт-рекламы?
И тогда-то я прочитала этот хештег.
“Приручи меня, Малышка Ли.”
Малышка Ли?! Какое к чёрту “приручи меня”?! Меня буквально пронзила ощущением, будто меня одновременно обдали холодным воздухом и стукнули чем-то по голове. Я нервно рассмеялась, откинув телефон чуть дальше, как будто он стал оружием, которое вот-вот может стрелять. Это что-то из разряда маразма.
— Это не смешно, Леона, — выдавила я себе под нос, вскидывая телефон обратно. Может быть, я ошиблась. Может, я просто переутомилась. Может быть, это какой-нибудь арт-проект. Но нет. Это действительно его профиль. Вполне реальный.
Преподаватель. Интеллектуал. Тот самый, который раздражающе снисходительно смотрел на нас через стекло своих слишком стильных, почти идеальных модных очков.
Список моего внутреннего осознания быстро затрещал по швам. Всё это выглядело как самый дурацкий анекдот мира.
Человек, который в конце занятий так холодно прокомментировал моё эссе “на уровне школьного сочинения”, — он теперь ассоциируется у меня не с долгими повествованиями о Достоевском, а с неприкрытой вспышкой его чёртовой ключицы. Как я должна это развидеть теперь? Как?!
Я закрыла глаза и выдохнула.
Через минуту я открыла их, снова уставившись на экран.
Лента обновлялась так быстро — к посту Глеба Александровича пленительная толпа реакции уже неслась лавиной. 250 лайков. 400 лайков. 600. А что? Он же красивый. Почему бы студентам не лайкать его обнажённый, почти обнажённый живот, даже если мы в теории обязаны перед ним почтительно молчать. Вопрос только в том, знает ли он, что этот пост нарушает какой-то негласный дресс-код преподавательской субординации? Ответ был очевиден — конечно, знает.
Но вот что меня больше всего зацепило... это "Малышка Ли" звучало слишком лично, не находите? Как будто... ну я не знаю. Как будто это намёк. Или умышленная провокация?
Моя рука сейчас действовала отдельно от головы. Прежде чем я успела осознать, что делаю, я сама почти коснулась кнопки “лайкнуть”. Лайкнуть своего чёртово преподавателя. Полуголым. На кровати.
Я зажмурилась. Чувствую, как лицо начинает буквально гореть — чувствую, как жар заползал по моей шее.
Эй, Леона, успокойся. Это просто фото. Это вообще не про тебя.
Но мысль оборвалась на полуслове. Стоп. Что если это про меня? Нет. Звучит безумно. Уверена, таких, как я, у него десятки. Я — никто. Одна из скучных студенток первого курса, у которой нет реальной индивидуальности. Практически серая мышка. Поэтому каков шанс, что этот хештег... как-то связан со мной?