— Ты на самом деле не сказала это? Мне показалось? — спрашивает он.
— Что если сказала? — спрашиваю я, пытаясь отчаянно принять шутливый тон. Но мертвая хватка, которой я держу его, выдает меня. Я скольжу правой рукой по его, затем по его груди, между нами, чувствуя биение его сердца.
— Тогда я могу взять тебя на руки и прямо сейчас отнести в квартиру.
Я ахаю и шепчу:
— Пожалуйста, не искушай меня, я даже не буду рассматривать сопротивление тебе.
Я слышу кашель, а потом слышу, как громко прочищают горло.
Черт.
Я отодвигаюсь немного от Дилана и чувствую, как мое лицо горит. Шерман и Кэрри стоят рядом с веселыми выражениями на лицах.
— Мы добрались до улицы, чтобы поймать такси, когда поняли, что вас с нами нет, — говорит она.
Шерман смеется, потом говорит:
— Вы потерялись по пути, ребята?
— Да, — говорит Дилан скучающим голосом. — Потерялись.
— Идемте, голубки, — говорит Кэрри. — И кстати… ничего себе.
Теперь я точно краснею и закрываю лицо руками, а Дилан говорит:
— Как мило.
На лице Кэрри усмешка, и она говорит:
— Думаю, моя сестра достаточна мила к тебе, к нам обоим, спасибо.
Шерман громко смеется, затем она, а после этого земля уходит из-под моих ног, потому что они с Шерманом дают друг другу пять.
— Хорошо, — говорю я. — Мой мир действительно странный.
Дилан усмехается. — Знаешь, я всегда думал, что Шерман был пришельцем с Марса, он так чудовищно высок. Но он хорошо смотрится рядом с ней. Словно они два страуса.
Я хихикаю, мы беремся за руки и идем за ними. Было бы смешно и очень странно, если бы Кэрри и Шерман сошлись, учитывая ее историю. Но эти двое болтали, пока шли вместе, словно знали друг друга много лет.
На Бродвее мы останавливаем такси. Келли и Джоэль планируются встретить нас на вечеринке, и я не могу дождаться, чтобы представить их Кэрри и Шерману. Это странно: словно я состою из сегментов, различных частей моей жизни. Я и Дилан. Моя семья. И я с Келли. И впервые за все время они соберутся вместе в одном месте. Это по-странному волнующе.
Ближе к полуночи мы достигаем квартиры Роберта Майера на Верхнем Уэст-Сайде. Роберт, мягко говоря, неприлично богат. Его отец и мой — друзья, они намекнули мне, что я должна наброситься на него. Мне нравился Роберт как друг. Но сейчас? Черт возьми, нет. Наверно, напичканный ЗППП, Роберт точно знал, как его деньги действовали на девушек, и использовал это, чтобы проложить впечатляющий след из плачущих девушек по всему Нью-Йорку. В двадцать семь лет он не выказывал никаких признаков улучшения ни в его характере, ни в уровне ответственности.
Но вы можете быть уверены, я больше слышала о том, как он прекрасен, когда вернулась домой на день Благодарения. Иногда мои родители были настолько невежественны.
Тем не менее, его квартира невероятна. Пентхаус с большой крышей на 73-ей Вест Стрит, я никогда не видела ничего подобного. Даже с тридцатью людьми в помещении, оно не выглядело заполненным. Когда мы вчетвером пришли, то поздоровались. Роберт обнял мою сестру с огромной улыбкой на лице, пока Шерман пристально смотрел…
— Рад снова видеть тебя, Кэрри. Не виделись долгое время. Как у тебя с учебой?
— Я сейчас в университете Райсона, — говорит она. — Работаю над докторской.
Он приподнимает брови.
— Я слышал нечто подобное. Молодец. Это должно быть твоя сестра.
Я киваю.
— Алекс, — говорю я. — А это мой парень, Дилан Пэриш.
Роберт одаривает Дилана ненастоящей улыбкой и говорит:
— Очень рад познакомиться, мистер Пэриш. Вы на самом деле счастливый человек.
— Спасибо, — бормочет Дилан. Очевидно, что ему не очень удобно.
— Присоединяйтесь к вечеринке, — говорит Роберт. За ним, большая гостиная. Несколько небольших групп стояли или сидели, все в разной степени опьянения. Толпа вывалилась на крышу, глядя на горизонт. Громкая музыка гремела из стерео в углу, и я могла увидеть еще больше людей в коридоре.
— Чувствуйте себя, как дома, — кричит Роберт, когда мы входим в гостиную.
Я вижу нескольких человек, которых знала в школе, а также друзей моей семьи и Роберта. Это будет довольно странная ночь.